«Итак, первой и непосредственной причиной гнева выступает боль. Даже 4-месячные младенцы, еще не обладающие способностью к оценке ситуации, не умеющие понять, что с ними происходит, реагируют на боль, причиняемую уколом, выражением гнева. Таким образом, можно утверждать, что для активации эмоции гнева достаточно одного ощущения боли, — процессы мышления, памяти, интерпретации не выступают в качестве необходимых предпосылок гнева. Разумеется, если вы считаете, что источником испытываемой вами боли являются определенные люди, или думаете, что они не хотят или не умеют облегчить вашу боль (а именно так считала Джонель), то ваш гнев будет направлен на этих людей. Но даже в таких случаях важно помнить, что боль сама по себе, независимо от источника и происхождения, способна вызвать эмоцию гнева. Вы можете убедиться в этом, вспомнив те случаи, когда вы, споткнувшись, чувствовали пронзительную боль в большом пальце ноги или в колене. Нельзя забывать, что всякое ощущение дискомфорта — голод, усталость, стресс — может вызывать у нас гнев, об истинных причинах которого мы зачастую даже не догадываемся. Даже умеренное чувство дискомфорта, если оно длительно, может сделать человека раздражительным или, выражаясь языком психологии, снизить его порог гнева. Ограничение физической свободы также служит активатором гнева, так как вызывает дискомфорт или боль. Похоже, это один из тех стимулов боли, которые не требуют когнитивной оценки или интерпретации, — исследования показали, что 4-месячные дети реагируют на ограничение свободы движений рук выражением гнева. Психологическое ограничение как источник гнева сходно с физическим, так как ограничивает свободу действий человека, но в отличие от последнего оно предполагает участие когнитивных процессов — человек должен понимать значение правил и запретов и осознавать возможные последствия их нарушения. Вероятно, первым психологическим ограничением в жизни человека является то самое «нельзя», которое родители говорят своему выросшему из пеленок ребенку, когда он начинает бросать на пол пищу, пытается залезть на стол или сунуть палец в розетку. Затем это «нельзя» звучит все чаще и чаще, ибо ребенок, начав ходить, пытается освоить незнакомые ему территории и в своей жажде исследования способен перевернуть вверх дном весь дом. Этот период в жизни ребенка можно назвать периодом «страшного нельзя». Кроме того, гнев может быть вызван неправильными или несправедливыми действиями и поступками окружающих. И здесь важно не столько действие само по себе, сколько его интерпретация человеком. В данном случае человек, прежде чем рассердиться, возлагает на кого-то вину. Так, Джонель винила в своих несчастьях тех медиков, которые не сумели правильно диагностировать ее заболевание. По ее мнению, они были обязаны вылечить ее или же должны были направить ее к другим специалистам. Источником ее гнева была убежденность в том, что врачи могут облегчить ее страдания, но почему-то не делают этого. Если бы она допустила, что они действительно неспособны облегчить ее боль и страдания, так как недостаточно понимают ее состояние и убеждены в правильности проводимого ими лечения, она, возможно, и не испытывала бы такой злости. Определенные эмоциональные состояния, подобно ощущению боли, также могут активировать гнев без участия когнитивных процессов. Так, активатором гнева может быть пролонгированная печаль. В депрессии печаль часто идет рука об руку с гневом. Чувство отвращения, испытываемое человеком по отношению к самому себе (когда девушка, например, считает себя «жирной свиньей»), или отвращение к другим людям может вызывать у человека гнев».