Сны. Мне часто снятся сны, но я практически никогда не запоминаю их. Я помню обрывки фраз, лица, ощущения, но никогда не целую картину. Это как отдельные паззлы, в море моего сознания. Со временем эти кусочки перемешиваются и иногда путаешься в своей памяти, особенно, если сон казался весьма реалистичным. Как наш мозг понимает, что воспоминание реально, а не придумано им, если даже сон ощущается реальностью? А может, часть того, что мы помним, никогда с нами не происходила? Может, мы хотели пережить все то, что вспоминаем, а на деле никогда не жили эту жизнь? Иногда во сне забываешь кто ты, что тебе нужно делать, куда ты собирался. Ты просто живешь так, как сам этого хочешь. А когда открываешь глаза... просыпаешься или засыпаешь?
Меня разбудил грохот с кухни. Я давно привык к жизни стен, когда слышишь шаги соседей, голоса, жужжание мобильника или телевезионный разговор. Но этот шум сразу пробудил во мне подозрение. Я моментально забыл все те лица, что мелькали во сне, они растворились как дымка по утру. Но и вспомнить причину шума я сразу не мог. Буч давно отучился залезать на стол и тормошить тарелки. Я вылез из-под одеяла и, ежась от осеннего холода квартиры, пошлепал босыми ногами на кухню. Мгновение остолбенения, а затем память нахлынула прошедшим вечером.
Мальчишка стоял ко мне спиной. Он подвязал края рубашки в узел на животе, а широкие голубые шорты напоминали скорее юбку, туго затянутую на его хрупкой талии. 
Вокруг него валялась раскрошенная яичная скорлупа, у стола все еще блестело затертое пятно, видимо растекшегося белка. Он крутил на огне газовой плиты сковородку, помешивая деревянной лопаткой, и что-то тихо напевал себе под нос. Буч с интересом наблюдал за его кропотливой работой. 
-Доброе утро, - поприветствовал он меня, когда обернулся и наконец заметил, - Я приготовил омлет.
-Я вижу, - выдохнул я, повернулся и пошел обратно в спальню. 
Я лишь проверил, что звук не означал серьёзную проблему и вернулся к себе в постель. Не то, чтобы я хотел спать дальше, но я в принципе не привык вскакивать сразу и бежать по делам. Даже перед работой я заводил будильник на пол часа раньше, чтобы эти пол часа просто приходить в себя после сна и осознавать самого себя перед грядущим днём. 
Я вышел, когда ребёнок играл с собакой. Омлет дожидался меня в сковородке, чтобы не остыть. Не смотря на учиненный хаос, готовил он отлично. Не пережарил, не пересолил, хотя предупредил, что это лишь второй раз, когда он готовит кому-то омлет. Я не привык встречать утро не один, если не считать моего верного друга. У меня и отношений особо не имелось. Я не избегал общения, но не видел в нём большого смысла. Многие общаются просто ради самого факта общения. Бесполезный обмен фактов и впечатлений, когда ты даже не интересуешься схожее ли у собеседника с тобой мнение. По большому счету всем плевать, что ты думаешь, они просто хотят высказаться и ощутить свою важность в этом мире. Я не отмахивался, но и не настаивал на разговорах. Для меня всегда важнее был смысл слов, чем их наличие.
Сегодня был выходной и я мог потратить его с пользой. После завтрака я выгулял Буча, а потом пошёл по магазинам. Я почти не готовил сам, хотя умел, но это была лишняя трата сил и времени, на мой взгляд. Поэтому я покупал полуфабрикаты в упаковках на раз, что стоило отправить лишь в микроволновку, а потом в желудок.  В холодильнике у меня были некоторые ингредиенты, что могли лежать долго, но чаще всего я их потом просто выбрасывал за ненадобностью и сроком давности. Кроме еды я решил зайти в магазин одежды и приобрести моему гостю пару вещей, в которых он бы мог ходить дома. Глазамер у меня настроен был лишь на мои размеры, потому я надеялся, что не промахнусь с выбором. Да и Буча тоже стоило порадовать, потому последним пунктом я заглянул в зоомагазин и пошел домой.
Мой новый товарищ сидел в гостиной и смотрел телевизор. Сам я в основном читаю, а потому оживленные телевезионные голоса были почти забытым звуком прошлого, которые отдалённо доносились от меня сквозь стены из чужих миров. Я подарил четвероногому другу вкусности и пошел к ребёнку, вручая ему обновки. Без капли стыда он оголился прямо при мне и примерил все, что я купил, крутясь передо мной, точно девица перед своих ухажёром.
-Спасибо, - улыбнулся он и сел на диван, затушив голос техники, - Вы не женаты?
-Как-то не пришлось, - пожал плечами я, наблюдая за хаотичной пляской красок.
-И детей нет? - при свете солнца его глаза становились как летнее небо и так беспечно смотрели, кажется, в самую глубину души.
-Ты первый ребёнок, с которым я общаюсь за последние лет пять, - мягко улыбнулся я, коротко посмотрев на его лицо.
Так юн, а уже столько шрамов, столько боли, заставляющей лицо заостриться, как камень на берегу бушующих волн жизни.
-А как его зовут? - его взгляд перевелся на пса, что с усердием разгрызал оленью ногу.
-Буч, - я тронул один из шрамов на лбу малыша пальцами, одним легким прикосновением, которого будто и не было, - Ты сбежал?
-А вы помните свое детство? - такой проницательный взгляд, что даже немного забываешь, что имеешь дело с ребёнком , - Оно было счастливым?
-Не знаю. Наверное. Я не особо понимаю, как измерить счастье прошлого. Но, кажется, сильно несчастлив я не был, чтобы запомнить этого.
Он вдруг улыбнулся, так словно знал обо мне что-то, чего я сам не знал. Улыбнулся, смотря прямо мне в глаза, а потом резко уставился на телевизор.
-Да, я сбежал. Вы и сами понимаете почему я мог это сделать.
-Мир - не безопасное место, - подметил я, откидываясь назад и закрывая глаза.
-Иногда одному безопаснее, - почти прошептал он и в комнате повисла тишина.
Он выключил телевизор и сидел рядом со мной. Я не раскрывал век и лишь ощущал, что он есть где-то рядом. Пока не почувствовал давление на колени.
Он сел на меня, ко мне лицом. Смотрел таинственно и молчаливо, со слабой, ничего не выражающей улыбкой.
-Я красивый? - вдруг спросил он.
-Да, - незадумываясь ответил я, боясь шевелиться, чтобы не спугнуть этот момент.
Почему? Казалось это мираж, который дарит расслабление и успокоение посреди знойной пустыни.
Он вновь улыбнулся и слез с колен, направляясь к Бучу, который лениво повилял хвостом, даже и не думая жадничать своей добычей.
Я смотрел на этого радостного ребёнка и все думал, что я должен кому-то сообщить о нём. Должен. Но не хочу.