Это был обычный вечер, который я проводил на чердаке своего дома. В окно бил яркий холодный свет луны и тёплый свет ресторанчика напротив. Ковыряясь в шестерёнках, я, наконец, нашёл нужную деталь и прикрутил к механизму, очень похожего на крыло. Довольный проделанной работой, я достал из клетки воробья и прицепил к нему новый аппарат. Птенец сначала неуверенно трепыхался, но потом освоился и взлетел. Подойдя к окну, я открыл створки и выпустил пернатого на волю. Наблюдая за воробьём, взгляд остановился на окне ресторана, из которого было видно, как белокурая девушка обслуживала посетителей. Она улыбалась и что-то говорила людям за столиком. Я закрыл скрипучие створки и осмотрел чердак. Он оказался весьма неопрятным, везде валялись запчасти, в углах пряталась паутина, а на единственной тусклой лампе свисали пыльные ниточки. Подойдя к своему столу, увидел, что на запылённой столешнице стоит стеклянная колба, а внутри лежит сердце. Оно было таким же механическим, как и крыло воробья. Открыв вазу, взял его в руки, испытывая гордость и волнение.

Неожиданно раздался взрыв. Стекло выбило и осколки разлетелись по чердаку. Я накрыл голову руками, опасаясь, что меня заденет, отчего заводное сердце вылетело из моих ладоней и закатилось под стол. Придя в себя и подбежав к окну, я увидел, что взорвался ресторан. Вокруг лежало много окровавленных тел и обломков. Среди них лежала та самая девушка, которая очаровывала своей улыбкой. Не помня, как спустился, я уже сидел над мёртвым девичьим телом и не верил, что это могло произойти с ней. Её кожа уже стала белой, глаза остекленели, а губы потеряли вишнёвый цвет. На улице уже стали собираться люди, а где-то вдалеке послышались звуки сирен.

Я отнёс тело в дом. Набрав в ванну горячей воды, опустил девушку в неё, а сам побежал на чердак. Ползая по осколкам, я искал своё механическое сердце, а когда нашёл, мало-мальски расстроился. Маленький осколок стекла, который повредил нужный механизм, предательски торчал из хрупкого устройства. Но времени оставалось очень мало. Оказавшись в ванной, операция началась быстро, нельзя было терять ни секунды. Руки дрожали не столь от волнения, сколько от предвкушения возрождения. Я надеялся что всё сработает, но знал, что маленький дефект повлечёт за собой последствия, о которых мог только гадать. Мне так хотелось дать жизнь сделанному мной творению, что я не сильно беспокоился об аккуратности надрезов, хотелось быстрее закончить работу. Вставив сердце вместо старого, я запустил его и увидел, как кровь побежала по венам. Теперь оставалось быстро зашить тело, пока девушка не пришла в сознание.

Её остекленевшие глаза приобретали естественный небесный оттенок, губы вновь наливались цветом, а грудь начала вздыматься от наполнения воздухом. Руки вцепились в края ванны, а рот судорожно стал хватать воздух. Девушка не понимала где она и кто она. Страх наполнял глаза, поэтому я постарался как можно скорее её успокоить, чтобы не повредить сердце. Обернув трясущееся тело в полотенце, успокаивал своими объятиями. Я прислушивался к тиканью шестерёнок, которые давали знать о хорошо проделанной работе. Всё позади, эксперимент удался.

На следующий день погода стояла ясная. За окном всё ещё шебуршились люди, которые обсуждали случившееся, полицейские, которые заполняли протоколы и опрашивали толпу. Моё творение пробудилось ото сна и уже осматривало, небесного цвета глазами, комнату.

— Доброе утро — мой голос спокойный и уверенный.

— Где я? — дрожащие губы еле выговаривали слова. — Кто я? Кто ты? Что, вообще, происходит?

Не решившись рассказать правду, я придумал историю, которая успокоила бы. Мы долго говорили с белокурой красавицей и она стала чувствовать себя спокойнее и увереннее. После вкусного завтрака отправились на прогулку по пляжу. Мы гуляли так часами, что забыли о времени и пришли домой под поздний вечер. Я так радовался, что механическое сердце работает, как вдруг тело бездыханно падает у моих ног. Вот в чём заключался тот маленький дефект — сердце приходилось заводить снова и снова каждые двадцать четыре часа.

Ванная. Операция. Глаза открываются вместе с моими и я просыпаюсь.