Рвутся жилы. Кто-то тянет нервы как нитки и я рассыпаюсь точно кукла. Иглы пронзают кожу, в попытках зашить отваливающиеся части. Но вот он я. Вот он я, стою и смотрю на спящего малыша. В моих руках веревки. Как все докатилось до такой острой жажды? 
"Вы меня боитесь?"
Нет, малыш. Это тебе стоит бояться меня. Я тот, кто может прервать твою жизнь. В битве двух хищников, побеждает тот, чьи клыки острей, чья хитрость помогает избежать серьёзных ран. Ты успокоился. Ты спишь в моей постели. Ты потерял нюх и теперь я могу ударить так глубоко, чтобы рассыпался ты. Ты не слышишь моих шагов. Я подхожу сспины. Ты не сопротивляешься, потому что очень крепко спишь от лекарств. Я связываю твои руки. Я привязываю твои ноги. Я заклеиваю тебе рот и разрываю всю твою одежду. Я тот, кто оборвёт твою нить. Но сперва мне надо насытиться. Ты успел полюбить меня? Надеюсь. Тогда ты накормишь меня.
Мальчишка открывает глаза, но вместо страха и слёз я вижу спокойный взгляд. Он понимает все с первой секунды. Мне даже не надо ничего объяснять. Он не бьётся в панике, он не пытается кричать. Но я хочу заставить его кричать. Мои руки дрожат, когда я возвращаюсь к постели.
Но вдруг он смеется. Я вижу, как он смеется. Меня это бесит и я срываю скотч с его рта.
-Ты до сих пор не понял кто я? - спрашивает он, прерывая свой смех. 
На губах застыл оскал. В глазах надменность и решительность. Его ясное небо накрывает серость туч. 
-Кто я? - повторил он, видя моё сметение, - Как меня зовут?
-Я не знаю, - выдыхаю я и делаю шаг назад, вдруг осознавая, что я хотел сделать.
-Как меня зовут? - настойчиво твердит он, смотря на меня не моргая.
-Я не знаю, - качаю я головой, - Прости меня. Я не хотел. Прости меня.
-КАК МЕНЯ ЗОВУТ?! - закричал он и что-то во мне порвалось.
-ПРОСТИ МЕНЯ, КСАНДЕР! - таким же криком ответил я и схватился за голову, - Я НЕ ХОЧУ БЫТЬ, КАК МОЙ ОТЕЦ. ПРОСТИ МЕНЯ.
Смех заполнил комнату. Его нежный, солнечный смех. А в глазах все померкло. Мне показалось, что я проваливаюсь в пропасть. Я летел вниз сотни этажей и боялся, что скоро меня размажет о дно этого Ада.
-Браво, - ветром донёсся голос мальчика, - Ты вспоминаешь.
Его не было на постели. Лишь верёвки и порванная детская одежда.
-Ксандер? - растеряно позвал его я, обходя комнаты своей конуры.
"Здесь ты меня не найдёшь" - раздался голос и я совершенно не понимал, где его источник, - "Найди меня"
-Ксандер... прошу, вернись, - проскулил я.
Сердце забилось чаще, стены стали приближаться и я почувствовал невероятную панику. Я не мог двигаться нормально. Ноги подкашивались и я врезался в стены. Мой пёс Буч скулил где-то рядом с ногами, но я уже не мог обращать на него внимания.
"Найди меня".
Я путался в переходах своей не очень то и большой квартиры, как туповатая мышь в лабиринтах. Я ходил от двери к двери, цепляясь за углы мебели, попутно снося всю мелочь на пол. Наконец я почти упал на зеркало, что висело на стене над комодом. На нём было написано "Ксандер" маркером, что лежал внизу. Я долго смотрел в зеркало, пока моё собственное изображение не стало чётче.
"Найди меня".
Я покачал головой и поджал губы, ощущая, как к горлу подбирается рвота из острых лезвий.
"Найди меня".
На горле затягивалась петля, а по телу гулял раздражающий ток.
"Найди меня".
-Не... надо... - выдавил я и потянулся к маркеру дрожащей рукой. 
Пальцы почти не слушались меня, но я снял колпачок и уронил его на пол.
Рука занеслась над чужим именем и я начал писать своё. Я написал "Алекс" так, чтобы последние две буквы были над первыми двумя чужого имени. И в тот же момент я увидел лицо светлого малыша. Он так счастливо улыбался. Он гордился мной. А я... по моим щекам текли слёзы. Я разорвался на части и потерял всего себя.
-Меня зовут... - говорить было тяжело, слова рассыпались прямо на языке, - Алекс.. Ксандер... Александр...
Мальчик в зеркале кивнул и прикрыл веки. Наконец, он мог отдохнуть. Избавиться от той боли, через которую я заставлял его пройти снова.
Я вспомнил все. Вспомнил то, что забывал каждый день. Рука сама вытащила из полки знакомую коробочку. Я снял с глаз линзы зелёной радужки. Мои глаза давно выцвели, но где-то в них ещё можно было разглядеть голубой цвет под серыми тучами. Под всем тряпьём в полке комода пряталась краска. Сейчас я был шатеном, но когда-то... когда-то очень давно, у меня были светлые мягкие волосы. Слёзы не прекращали течь и я просто сел на пол, облакотившись о комод. Буч подошёл ко мне, зализывая лицо, покрывшееся солью.