Она всегда была где-то между, от гибели или счастья на волосок,
Потерявшая солнце, кинув монетку в море, на память с собой забрав песок,
Заточила его в стекло, так называемый, - hand made – часы песочные
или песчаные, переворачивала вверх-вниз, подгоняя крупинки и время точное.
У неё когда-то был дом у ручья, окна с видом на сад и земные радости,
В планах было несколько пунктов, кормить кота и дожить до глубокой старости,
Иногда она забывала имя своё, и какой наступил год, пекла пироги
Яблочные, варила кофе крепкий и непременно вставала не с той ноги.
На стене ворчали часы со стрелками, бегали бесконечно по ровному кругу,
Не такие точные, как песчаные, но хоть что-то, стрелки жались друг к другу,
Всё стремились встретиться и хоть немного побыть вместе приблизительно в полночь,
И тогда она засыпала, всё бежала куда-то во сне, будила кота, звала на помощь.
Просыпалась, маялась, вновь забывала имя и день недели, и если бы не кот,
Потерялась во времени бы, растворилась, как пена морская, не знала, куда идёт.
И так они жили неделями, месяцами, провожая взглядом луну и встречая солнце,
Кот сдавал и нещадно болел, она чаще курила, излучая страх и тревогу порциями.
Первого числа месяца было всё решено и раз навсегда отмеряно,
Она осталась одна - где-то между, в часах песочных, жалась к стеклу растерянно.
Не было дома и ручья, не было пирогов с яблоками, запаха вереска,
Не было кота, любимой чашки и окон, на которых висели белые занавески.
Она так и не вспомнила своё имя, от гибели или счастья на волосок,
Потерявшая солнце. Последнее, что она помнила, это море и золотой песок,
Пахло яблоками и вереском, всё бежала куда-то, звала, как всегда, на помощь.
И исчезла. Стрелки встретились в полночь.