25 июля, 2022 г.

Окей, я пишу это уже задолго после начала, но я очень хотела записать все, что произошло, так как непрерывно теряю память. Моя голова не помнит прошлого почти полностью. Отчего у меня скоро будет что-то типа "Дневника памяти", где Максим будет читать мне мою жизнь на старости лет. Только эта "старость" придет в тридцать, сука. Я не помню, что происходило вчера, не помню деталей, не могу проигрывать в голове старые воспоминания, только если нет никакого триггера. Так что, поехали. 

Я помню, что свой 23-й день рождения провела в устричной с Леной. Устрицы и вино. Это было 21 февраля. 

А потом, 24-го февраля, был тот самый день, когда все на корню изменилось и начало двигаться совсем в другом направлении. Тогда я и представить не могла, в каком именно, и как будет развиваться в дальнейшем моя жизнь. Я уже слабо помню, что тогда было, на самом деле. Приходится собирать воспоминания по каплям. Но я помню, что это был день полный нервов и активности. Мы с мамой и до этого еще говорили, что если вдруг начнется *, чтобы я уехала из страны. Куда? Даже непонятно. Я помню, был день, когда она меня сильно встревожила этим разговором. Попросила собрать сумку, документы, перевела мне часть денег, на всякий случай. И я тогда послушала ее. Не забила хуй, а решила и правда это сделать. И хорошо, что так произошло. Я помню, что был уже поздний вечер. Я и Лену подпрягла. Мы вместе носились по квартире, немного подшучивая, какие вещи важны в подвале, а какие нет и прочее, но каждый из нас на самом деле отнесся к этому со всей серьезностью. Я отсортировала документы, одежду, медикаменты и прочее базовое, что могло пригодиться. Успокоительное в том числе. И только после этого всего мы легли спать. Это все произошло за два дня до войны, если я не ошибаюсь. И никто из нас на самом деле до конца не верил, что может произойти то, что произошло. Каждый надеялся на лучшее, но ожидал худшего. А потом, меня разбудил звонок от мамы в 7 утра. И она сказа мне, что пора. «Началось». Сильной тревоги не было. Я по-своему была ко всему этому уже готова. С Леной у нас отношения уже дошли до той стадии, что я только и рада была уехать от нее куда подальше. Страну бросить я не боялась. Уезжать в неизвестность почему-то тоже. Все утро лично для меня проходило спокойно, без слез, без волнения, только холодные мысли. Зато у Лены началась тотальная истерика. Не понимаю, как ее родители так безответственно отнеслись ко всему этому. С учетом того, что они из Донецка и уже переживали похожую ситуацию, когда там все начиналось. И со сколькими проблемами им пришлось из-за этого столкнуться. Как можно было так расслабиться и совсем не подготовить ни себя, ни своего ребенка? Она столкнулась с этим всем сама. Мне ее было жаль. Ей не было где искать поддержки. И ей очень не хотелось расставаться со мной, а я разрывала эту связь на живо. Мне жаль, очень жаль, что так произошло. Мне жаль ее из-за детства, мне жаль ее из-за ее травм, мне жаль, что я тоже не была к ней достаточно хорошей и любящей девушкой. Мне жаль, что нам обеим пришлось страдать. Мне жаль, что столько всего плохого произошло. И мне жаль было уходить. И только понимание того, что ей без меня будет, возможно, гораздо лучше, чем со мной, меня успокаивало. Я многому научилась за это время и стала добрее и терпеливее к другим и особенно к тем, к кому отношусь с нежностью. Но я не могу быть кому-то бесконечным источником, и в случае с ней, вышло так, что я уже иссякла. Иногда я просматриваю то, что осталось после нее. И мне так жаль. Не смотря на все обиды и злость друг на друга, я правда хочу, чтобы ей было лучше, чтобы она нашла свое счастье. Просто сделает она это не со мной. Мы не были предназначены друг для друга. В свою очередь я уже давно была полностью готова к такому исходу, ну а она — нет.

Я взяла билет на Прагу, собрала все нужные вещи, предупредила родителей. Кое-как и Лена разрешила вопрос: они с Катей отправились обратно домой. И теперь каждый из нас шел своей дорогой. Было тоскливо прощаться, конечно, но мои мысли были сосредоточены совсем на других вещах. Многое осталось в моем доме. Та квартира, хоть и не была идеальной, хоть и пережила вместе со мной кучу боли и тревог, была мне первым домом, который я обрела за пределами своей семьи. Я любила это место, любила город, любила эту часть своей жизни, любила свои дела, любила свои чувства. Там остался кусок моей жизни, который никогда больше не вернуть, и остается только сохранить в воспоминаниях и фотографиях. И когда я думаю о нем, на глаза непроизвольно наворачиваются слезы.

Я провела Лену в обед на машину в родной город, а сама отправилась на вокзал, ждать автобуса. Было вроде как не сильно холодно, но спустя четыре часа или около того я уже очень замерзла. Сначала автобус задерживался на час, потом на два, потом я поняла, что его придется ждать еще очень и очень долго. Стоял выбор между тем, чтобы дождаться его и тем, чтобы взять новый билет. В Праге у меня, конечно был знакомый, но я не хотела на самом деле особо с ним сталкиваться. Не очень приятным человеком он был, и я бы жила лучше в каком-то хостеле, чем у него, конечно. Но какое-никакое знакомство давало немнооожечко безопасности, чем прям совсем полнейшая неизвестность.

Я зашла в кассу, людей было много. Билеты давно почти разобраны. Я взяла то, что осталось. На Варшаву. Я думала тогда, что это будет только перевалочным пунктом, но сложилось все совсем иначе.

Автобус приехал. Я села, погрузила все вещи. И отправилась в путь, оставляя за собой все прошлое и еще не понимая тогда, как сильно по мне ударит смена обстановки. И как может мне быть тяжело справиться со всем происходящим.

***

Ехать пришлось долго. Были большие пробки, люди выезжали тысячами, и дороги были переполнены. Дополнительные пункты, которые были открыты позже, еще были недоступны. Я взяла не так много еды с собой. И была голодной почти все это время. А пришлось ехать больше суток. Перебои с интернетом едва позволяли мне держать связь с родными и друзьями.

«Не могу остановить слезы.»

«Прости меня за все плохое, что я когда-либо тебе сделала.»

«Я помогу тебе со всем с чем смогу.»

Л: «Я проснулась и сразу паника появилась в груди

И я не могу поверить что у нас в стране *».

«Я поспала от силы час, очень рвано. Засыпала буквально на несколько минут.»

Л: «Все нормально»

«Хорошо. У меня тут тоже.»

Л: «Ясное дело , ты ж в европе»

«Говоришь так, будто обвиняешь меня в чем-то.»

Л: «Нет не надо так на меня наезжать»

«Я не наезжаю. Просто немного не по себе стало. Я просто уставшая уже.»

Л: «Я тоже . Хотя и стабильно сижу дома»

«Я не хотела тебя чем-то обидеть прости. Я уже сутки в дороге. Так что, прости, что сказала слишком резко. Я не с целью тебя обидеть. Не будем ссориться на пустом месте.»

Л: «Ничего»

…

Пока я ехала, мы еще какое-то время переписывались с Карлосом. Ему так же было тяжело поверить во все происходящее. Когда он узнал, куда я еду, и какая у меня ситуация, то связался с Евой, девочкой из Гданьска, с которой они играли вместе в лол. А там я уже связалась с ней и она попросила своих друзей приютить меня на какое-то время. Опыт был довольно непривычный. Приезжать к тем, кого ты вовсе не знаешь, знакомиться с новыми людьми, благодарить за то, что вообще можешь ночевать не на вокзале. Мда.

Мне кажется, если бы я находилась не в таком боевом настрое, как тогда, я бы уже давно упала ниже самого дна от происходящего. Но откуда-то у меня было полно сил и решимости, двигаться дальше, не дать себе упасть, не дать себе сломаться, бежать все дальше, еще и еще. Что бы не случилось, я смогу, как бы не было тяжело, я выдержу. Я не знаю, откуда у меня было столько веры, но это держало меня на плаву. Желание бороться с ситуацией, а не разрешать обстоятельствам подмять меня под себя. И сейчас меня накрыло так, как должно было тогда, я размякла и погрузилась в тоску и уныние. Но в тот момент, я была сильнее, чем вообще бываю обычно. Ощущение угрозы, заставило меня смотреть страху в глаза, и помимо этого, еще и заставить этот страх отступить и оставить меня в покое. Еще никогда прежде во мне не было столько решимости. И я рада, что такая черта во мне проснулась. Без этого мне было бы тяжело выдержать.

***

 Хуберт и Давид разрешили мне пожить у них целую неделю, а потом еще и согласились пустить к себе мою бывшую. Я ощущала себя немного неудобно, оставаясь так надолго, с учетом того, что должна была переночевать и уехать, но ребята уверяли меня, что все хорошо. Тогда наступил тот период, где мои отношения с Леной надломались еще сильнее. Они и так держались на соплях, грубо говоря, но этот момент был своеобразным, конечно, и еще больше уничтожающим.

Прости меня за все. Мне очень жаль. Мне так жаль. Я не хотела, чтобы все так произошло. Я не хотела причинять тебе боль, правда. Но и выносить это все я тоже больше не могла.

Я не хочу быть вечным напоминанием тебе о той боли, которую ты ощущаешь. Я надеюсь, когда-нибудь твоя рваная рана от всех событий затянется. Прости.

Я помню, что первые дни в Варшаве ходила чуть ли не на каждый митинг и сборище, которые были. Ощущения от них были воодушевляющими.

Л: «НАЙДИ АВТОБУС !! Блядь.»

«Да не ори ты. Найду я тебе автобус, хорошо!»

«А к кому ты хотя бы ехать будешь? Родственникам, знакомым, Вове или ко мне?»

28 февраля 2022 г.

Л: «Эва, Эва.»

«Щас. Ребята сказали, что ты можешь остаться у них, они только за. Ты едешь ко мне?»

Л: «Ну это ближе чем краков и больше по дороге так что пхд да

Найдешь мне кого заберет с люблина»

«Выезжаешь завтра, да?»

«Если у меня не выйдет никого найти, кто мог бы тебя подвезти, садись на поезд. Он интерсити и должен быть по идее даже быстрее. Плюс он вероятнее всего бесплатен.»

«Еще, какая у тебя конечная в Люблине? Я щас посмотрю, че по поездам в Варшаву. Сколько у тебя сумок и какие?»

Л: «Рюкзак большой и сумка черная».

«Не знаю, как долго ехать до Люблина. Может я успею приехать, пока ты доберешься и помочь тебе. От меня вроде недалеко тут станция есть. Щас у меня телефон на зарядке стоит. Я его полностью заряжу и буду выдвигаться. А ты отпиши, как пройдешь границу.»

Л: «Не знаю ниче».

«Расслабься. Я приеду и все порешаю. Ты и так устала.»

Л: «Ти підходиш ? Ти приїхала? Кинь гео.

Єва блядь. Ти будеш далі мовчати? »

У меня не было интернета. Я встретила ее на вокзале и была очень голодной. Вместо приветствия получила только очередной поток раздражения. Спасибо. Я взяла ей билеты сама. Возник вопрос «Будь я в той же ситуации, что и она, приехала ли бы она ко мне сделать то же самое, или оставила бы разбираться самой?» . Ответ более, чем очевиден.)