Координатор задумчиво смотрел на чумазого мальчишку, сидящего напротив. Тот уплетал невзрачный омлет с хашбрауном так, что за ушами трещало, и даже почти не поднимал глаз на мужчину. Пользуясь этим, Координатор несколько раз обвёл взглядом доступный обзору щуплый силуэт перед собой. Интересно, сколько дней он не ел, и как долго скитается в этих окрестностях. Впрочем, вопрос больше риторический: малыш выглядел достаточно запущенно, чтобы сразу навскидку предположить срок, точно больше месяца. А дольше он может и не протянуть. Мужчина перевел не менее задумчивый взгляд в сторону, на огненно-красный клён, почти лишенный своей пышной шевелюры вследствие быстро надвигающейся осени. 

"Скоро заморозки", - отрешенно подумал он, вдруг осознав, что тоненький хриплый голос прервал тишину его размышлений, и оттого повернул голову обратно, внимательным взглядом намекая повторить вопрос.

- Можно ещё.. воды? - Перед мальчишкой стоял опустошенный стакан - тот выдул его, как только сел за стол к незнакомцу. 
- Конечно. - немного отрешенно протянул Координатор, щелкнув пальцами руки, выпростанной вверх, и озвучив пожелание словно из ниоткуда возникшему официанту.

С самого момента пробуждения его преследовало странное настроение, и сейчас, за завтраком, когда сонный взгляд мужчины выцепил тощий силуэт, протискивающийся через решетку веранды, чтобы найти себе еду в близ стоящей кафешечной урне, это настроение наконец обрело своё лицо. Немного запылённое и чересчур юное, но все же лицо. Когда брюнет позвал первый раз, мальчик не окликнулся, даже головы не повернул, на второй раз всё же вздрогнул и закрутил своей белобрысой физиономией, пытаясь понять источник голоса. Он не так уж быстро смог подойти - похоже, жизнь на улице уже научила его основам осторожности. Но всё же, когда Координатор произнес заветное "иди накормлю", что-то в этом бедовом тельце явно надломилось, и поколебавшись, но уже больше для вида, беспризорник приблизился к столику. Так они и познакомились. 

- У тебя волосы почти белые. Как седые. - Мужчина стоял в проеме собственной ванной, без тени смущения наблюдая за тем, как мальчишка выкарабкивается из душа. Теперь он гораздо больше внешне подходил под то, что Координатор хотел найти. - Буду звать тебя Снегом. А старое имя можешь забыть. Да, и.. Никогда не забывай, кто твой крестник.

Снег не стал задавать ненужных вопросов, когда хозяин дома показал свои владения, заполненные причудливыми чучелами и религиозной символикой. Не стал произносить ни единого слова "но", когда его попросили раздеться, и опустили в горящий камин стальной прут с клеймом. Не то чтобы эти вопросы не возникали в его голове, но судьба научила его двигаться по этой жизни бесшумно, и по возможности покладисто. 
Когда Аполла первый раз открыла перед ним свои двери, Снег едва ли мог заставить себя удержать падающую челюсть на месте. Он уже знал, что Координатор был большим человеком Снаружи. Священнослужителем с каким-то значительным чином внутри своей системы. Снег был рядом, как диковинный питомец, странноватая зверушка, но точно ради забавы, а может быть, действительно из лучших побуждений, брюнет  показывал ему правила Дома, учил, как здесь себя вести допустимо, а как нет.

Тогда же он впервые попробовал шестьдесят четвертый, и пропал в тумане собственных хаотично плавающих мыслей. Мир разбивался на тысячи зеркальных лоскутиков, и никак не хотел сшиваться. Он видел мелькающие перед глазами маски, огни неоновой сцены, шум дороги, язычки пламени в камине, и всё это сплеталось в одну несмолкаемую какафонию образов и звуков, раздирая черепную коробку. Снег влюбился в Аполлу, а Аполла лишь ждала, когда Координатор уступит ей вожжи преемничества над юным телом. 

Это произошло нескоро. За шесть лет мученичества заботливый крестный отец провел не одну сотню ритуалов. Не все из них Снег мог выдержать, оставаясь в сознании. Его били, жгли, топили и даже вешали. Разумеется, не в той мере, чтобы убить сразу, но Координатор прощупывал себе грань, от которой сможет танцевать дальше. Что творилось в его больной голове, Снег не мог бы себе разжевать даже теперь, а тогда и подавно. 

Впрочем.. жизнь могла сломать его гораздо раньше. Ещё тогда, зимой, шесть лет назад, согнув в три погибели и завязав в узелок все внутренности внутри. А потому Снег, сам того не осознавая, продолжал подсознательно благодарить его - приходить в себя, подниматься и запускать весь цикл боли заново. Смерть больше была ему не страшна. Возможно, где-то местами он даже её ждал. 
______________
- ААААА!

Снег еле дышал, но крик рождался в груди словно сам по себе - инстинктивно, как когда его глаза впервые увидели свет, а легкие расклеилить, начиная заполняться кислородом. Он лежал привязанным по рукам и ногам к крупным железным гвоздям, прибитым в пол. Координатор бешено сверкал глазами, и язычки пламени от окружающих зал свечек отражались в них, как танцующие демоны. Увесистый кастет с металлическим крестом больше не блестел - лицевая сторона была покрыта гарью и мелкими ошметками прикипевшей кожи, но он не забывал возвращать его в огонь, и снова, и снова медленно, с почти детским восторгом прикладывал раскрасневший металлический символ к кровавому месиву, которое уже сложно было назвать лицом. Снег окончательно ошалел от боли, поскольку обычно сдерживал себя, насколько это было возможно. Сейчас его голос срывался в натруженный сиплый визг, а сознание всё же спешило подарить ему покой хотя бы на несколько минут. 

- ..Приди и покрой меня своим святым покровом, укрой от зла и укажи путь ко спасению. Упроси Сына Твоего и Бога нашего не оставить меня и подать Руку, покрыть меня от зла, - Координатор улыбался и возвращал кастет в огонь. Сквозь прожженное мясо щеки мальчишки белел стройный ряд зубов, а черные "кресты" по лицу приближались к зоне вокруг глаза, пока картинка не померкла. Снег не успел понять, обморок это или болевой шок. Он даже думать ни о чем не мог. Боль забирала его так далеко, как могла, но у Координатора были другие планы, и спустя пару суток Снег приоткрыл уцелевший правый глаз, находясь в собственной комнате, в своей постели, с капельницей и мило улыбающейся сиделкой. 

- По..помо..гите.. - захрипел блондин, но его уста деликатно прикрыли тонкие женские пальчики, и Снег понял, что для него это только начало.