День 20: стихи.

Здесь я мог бы сказать, что ненавижу стихи.
Но из угла сознания с укором смотрит Джек-с-фонарём, чьи работы приводят меня в восторг.

Старый город наполнен дождём и мечтами о лете, ветер пахнет весной, тротуары не могут остыть.
Крыши тают на солнце, звенят, отражаются в Тэде. Тэд идет налегке, Тэд минует дворы и мосты.
Тэд уходит домой посреди годового отчета, что конечно само по себе - неоправданный риск.
Завтра вызовет шеф, надо будет придумать чего-то...
У него в гараже второй месяц живет василиск. 

Как попал - неизвестно, откуда - да черт его знает.
Просто как-то пришел и улёгся огромной горой.
Может кто-то изгнал из его василисьего края, или просто в бою победил безымянный герой.
Вот теперь он лежит, и ночами скрипит как корыто, слишком слабый, похоже, чтоб было куда убежать. 

Тэд сначала боялся - глаза хоть всё время закрыты, только зубы и когти длинней и острее ножа.
Но живой же вон, дышит - теперь уже поздно брыкаться. И прожорливый, пакостник, наглый! - не дать и врагу... 
Тэд обставил гараж, и назвал василиска Гораций.
(Иногда, если злится - "Мой пятый рабочий прогул") 

Тэд готовит весь день, забывает про ланч и про ужин, на работе огрёб замечанье и кучу проблем.
Но когда он бежит к гаражу по мостам и по лужам, даже смерть ему кажется только пылинкой в золе.
***
Ночью в небе рассыпана кем-то алмазная крошка;
два огромных зрачка светят сквозь темноту гаража - 
сколько можно, лежишь здесь, как старая сытая кошка,
звуки ночи зовут, кровь играет, пора убежать,
убежать! разорвать эти хрупкие петли и скрыться,
ведь поправился где-то, наверно, неделю назад...

...но когда Тэд приходит, он пахнет дождём и корицей,
и Гораций, тихонько вздохнув, закрывает глаза.

Иии... День 6: песня, от которой хочется танцевать.

Танцевать я ненавижу ещё больше, чем чужие вымученные стихи слушать.