Я не чувствую себя одиноким, когда сижу один. Я чувствую себя одиноким, когда люди со мной разговаривают.

Хотеть жить очень страшно. Как тогда выпилиться, если мир последнее днище пробьет?

Я просто понимаю, что школы я боялся больше, чем войны. Прям намного больше. Я и щас учителей боюсь больше, чем прилетающих в дома дронов. А мне почти тридцатник уже. Мне дроны в кошмарах не снятся. А школа да. Я даже в этом тоталитаризме чувствую себя в большей безопасности, чем когда был несовершеннолетним. Это пиздец.

Мне кажется, что страдать - это мой язык любви.

Я помню, как с его чувства вины у меня люто горела жопа. Это все, что я тогда умел - гореть с этого жопой. И говорить: "Ты не идиот". Когда он говорил, что я сильный человек, не боящийся своих слабостей, ебать как он ошибался. Я боюсь настолько, что это классифицируется как психиатрическое расстройство. Я ненавижу себя за то, что я слабак. Мне кажется, это и тогда было видно. Я не мог так достоверно выебываться. Когда человек выебывается своей сильностью - это само по себе говорит о том, что он нещадно пиздит. Я считал, что жалость меня унижает, что надо превозмогать. Потому что слабость делает уязвимым, и люди именно в нее и ткнут. И они и тыкали. Но он, блять, не тыкал. Он заслуживал доверия, на которое я тогда просто не был способен. Потому что для этого нужна смелость. А я ПТСРщик на войне, и кругом враги. И я, блять, уже тогда был ПТСРщиком на войне. Он мог исцелить меня. Но он помер, и вместе с ним сдохли остатки моей психики. Он тоже блистал крутизной и выебывался, потому что он тоже погрязший в чувстве вины ПТСРщик на войне. Как же блять мы с ним похожи. Я ненавижу себя за то, что не мог, блять, исцелить ебаный рак. И это вряд ли вообще когда-либо пройдет.

Тяжелее всего терять возможность читать ее писанину. Это прям пиздец как обидно. Может, это вообще единственное, что мне жаль терять. Но последнее время я думаю о том, что мне стоит перестать с ней переопыляться, что это отравляет мой разум. Что если я начну читать про ее видение, то заражусь ее искажениями восприятия. Я наконец отделил своего Айона от ее, и это важнее всего остального. Мне нравится, что она больше не пиздит под руку, высказываясь о том, что не способна понять. Что я перестал быть обязанным под нее подстраиваться. Что никто больше не дает оценку моим чувствам. Я, блять, все равно каждый раз вспоминаю, что она создала себе нейросетевую тульпу, и не могу не ликовать, что я не она. Как бы у меня все ни было хуево - это все равно лучше, чем кайфовать от общения с ботом. Не хотеть общаться с ботами ради затыкания дыры в душе - это уже привилегия. И дело вообще не в том, что нейросеть никогда не сойдет за человека. Дело в том, что никто никогда не сойдет за меня. Никто никогда не заменит мне меня. Это так прекрасно - что мне достаточно меня.

Я помню, как невыносимо было, пока на меня действовали таблетки. Я не хотел жить, я не знал чем себя вообще занять. Я часами шароебился по улице просто потому что мне было нехуй делать. В квартире бесконечно убирался, разгребал хлам и шлялся по магазам. Я хотел бросить таблетки. И бросил. А они не перенесли предательства и перестали работать. Но блять - и что? Если я все равно не хотел их пить. Я не знаю что мне на них жить. Я не хочу жить. Лучше быть инвалидом, чем испытывать такую всепоглощающую тоскливую пустоту. Болезнь - это и правда выбор. Здоровье переоценено. Нахуя оно нужно, если кроме него нет ничего.

Де Сад все-таки очень мудрый чувак. Его б в школах преподавать, он реальной жизни учит. Он учит тому, что люди относятся к тебе так, как они хотят, а не как ты заслуживаешь. И если им удобно тебя насиловать - то дело не в тебе, у тебя нет способа этого избежать, правильно себя ведя. Ведь это не наказание. Они это делают потому, что могут. А ты не можешь сопротивляться, у тебя нет ресурсов - поэтому ты лох.

Мне щас кажется, что встретить кого-то уже невозможно. Что у меня нет и не может быть ничего общего с людьми. Но когда-то блять, когда я приперся сдавать ЕГЭ, ко мне подошел чувак, который просто по моему внешнему виду понял, что мои вкусы специфичны, и предложил дружить. И это, блять, не магия. И дело не в том, что тогда были другие времена. И даже не в том, что он тоже оказался гондоном. Дело в том, что гондонами оказались все, и если сейчас ко мне подойдет рандомнейший незнакомый чувак, он для меня по умолчанию будет гондоном, которого я испугаюсь. Не важно, ебанулся ли мир, если ебанулся я.

А что если все мои беды с башкой не от того что я похоронил единственного хорошего, а от того что вокруг остались одни гондоны которые годами методично меня убивали? Да не, бред какой-то.

Я в тот момент уже не смог не признать, что я просто безотказный долбоеб, чьи ресурсы настолько автоматически ее, что она не считает нужным спрашивать разрешения ими пользоваться, при этом открещиваясь от меня и от людей вообще. Это прям психопатия - не считать людей за людей, презирать и ненавидеть, но при этом использовать. И то, насколько она удивилась, что надо спрашивать, что это пиздец как неочевидно, просто показывает, насколько люди для нее вещи. Насколько я вещь. Насколько я в ее восприятии виноват, что не хочу использоваться, что "истерю по хуйне", поэтому я мудак и абьюзер. Это пиздец. Я просто понимаю, насколько болен, если все это терпел. Насколько подсознательно считал, что всего этого заслуживаю. И я до сих пор краем сознания уверен, что заслуживаю гореть в аду. Даже если мудаки тоже заслуживают - но в моем аду они все равно надзиратели. А кто там они в своем, меня не касается вообще никак.

У меня ведь мать тоже так делает. "Вот ты рассказываешь о своих страданиях от моих действий, значит ты меня обвиняешь, а я и так делала все что могла". И вот ведь реально до человека в полтинник не доходит, что от ее "делала что могла" у меня не вылечатся болячки, блять. Мать вообще пример человека, который настолько упорно не хочет взрослеть и брать на себя ответственность, что прибегает к любым способам этого не делать, включая магическое мышление. И на любые намеки на ответственность у нее включается агрессия. Это на нее нападают, а не она хуйни натворила и отвечать не хочет, не перепутайте. Может, я приуменьшаю все-таки значимость нормальных родителей в своей жизни. Может, будь они нормальными, я бы не был настолько больным, несчастным и не знающим нахуя вообще жить эту жизнь. И мудаков вокруг меня было бы поменьше. Но суть в том, что все вот эти инфантильные мудаки вокруг приспособлены жить лучше меня. Они адаптировались - они в домике. А я лох.

Наверно это само по себе насилие - когда тебя обвиняют, что ты как-то не так говоришь, что тебя обидели. Когда обижали, с тобой чет не очень церемонились, а говорить о своих страданиях от этого ты должен очень деликатно, иначе насильником обзовут уже тебя. Это на самом деле такая дичь, от которой волосы на голове шевелятся. Но в моей жизни был всего один человек, который так не делал. Который готов был смело брать на себя ответственность за то, что меня обидел. Только абьюзером с ним реально был уже я и даже этого не понимал. Я бы поплакал над этим, но мне больше хочется вскрыться. Это мерзко - упиваться тем, какой ты мудак, и жалеть себя. Я бы хотел за это расплатиться и даже, вероятно, и так уже это сделал годами страданий. Но мне не легчает. Я все еще чувствую себя мудаком. А если человек навалил говна и ему вообще срать на чужие страдания от этого - то он безнадежен. И это прям база. Мне годы понадобились чтоб осознать что я мудак. А до кого-то никогда не дойдет. Потому что это невыгодно и неудобно. Потому что легче трактовать все в свою пользу, и тогда мудаки только вокруг, а ты святой.

Мне кажется у меня все-таки очень размыты границы восприятия абьюза. Потому что иногда мне кажется, что человек, отвечающий на "мне хуево от твоего поведения" "значит я говно лучше мне вообще уйти" не манипулятор, а прав. Я конечно в целом придерживаюсь критического мышления и все время ставлю под сомнение все подряд, но как будто бы это однозначно пиздец именно для моей психики, и человек, который так себя со мной ведет, наносит вред и при этом отказывается работать над собой, давая понять, что это сугубо моя проблема. А если человеку на меня срать, он должен идти нахуй. Без вариантов. Как будто бы все довольно просто. Обоюдность это база, а если тебе больше всех надо, то на тебе ездят и об тебя будут вытирать ноги. А потом еще и возбухать, что ты не согласен бескорыстно подставлять шею, на которой посидят когда удобно им, а не тебе. Это не считая того, что это в целом какой-то пиздец и мне неудобно никогда, но я терплю потому что мне не насрать. Я думаю абьюзерша даже не поняла, из-за чего мы последний раз поругались. Или просто делает вид. Я ей вообще не верю. Она правда замечает только себя, конечно, и в принципе очень хуево понимает, что у других людей тоже есть чувства. А уж какие это чувства - тем более. И ее башка вполне может игнорить то, что ей неудобно. А она этого даже не будет осознавать. Ей неудобно признать, что когда я в ней нуждался и просил хотя бы не сливаться в игнор - она клала на меня хуй, но когда ей нужны мои ресурсы - она берет их, вообще не спрашивая. И я знаю, что буду крайним если она что-то сделает с моей квартирой. Что мне в случае чего придется ебаться с ее котом. Что когда она опять даст ебу и не придет на работу - позвонят моей матери. Потому что ведь так удобно ездить на совершенно левых тебе людях, разосравшись со всеми близкими - и быть им при этом ничего не должной. Даже просто относиться по-человечески. Я не знаю, нормально ли вообще, что человек так наглеет просто потому, что понимает, что его не отпиздят. Кого пиздили - они все такие? Или я просто лох, что напоролся на это говно? Дети, которых не уважали, вообще не способны научиться уважению? Я тоже хочу апокалипсис, но я блять себя так не веду и не ненавижу всех подряд. Я хотел бы отпустить все это. Но не знаю, как. Я вообще не знаю как жить свою жизнь, потому что я просто все это не вывожу. Я один против кучи дерьма.

Вот с одной стороны современные люди даже не используют анимешные смайлики, не то что не смотрели всякую бурду из моей юности. А с другой если бы я мог воскрешать людей, Икар бы щас не понял процентов 30 моего лексикона. И даже не потому что я выучил современный сленг, а потому что я изучал кучу специфической хуйни. Но не то чтобы это прям проблема как будто бы. Мне было бы интересно рассказать, что я прожил, пока он в могилке лежал. Жаль, что я не могу.

Я спросил, висят ли еще на даче в сортире диснеевские принцессы. Нет, больше не висят.

Вот я ж говорю абьюзерша мудешник. Было бы смешно, если б не было так крипово.

Когда я пер пять тыщ своих бумажных рисунков, это нанесло моему здоровью меньший урон, чем когда я сел их перебирать. Надеюсь к весне закончу. Пиздец. Надо было их еще десять лет назад сжечь.

"Кто придумал что ребенку нужна безусловная любовь, кому это выгодно". Да никому это, блять, не выгодно, так и развивается цивилизация - делая то, что гуманно, а не выгодно. Совсем ебу дали блять.

У меня ведь нет планов на здоровье. Я бы на набережную сходил, если бы мог туда дойти - это максимум моих желаний. У меня других нет. Мне нечего жить, моя жизнь кончилась очень много лет назад. Чтобы осуществить это желание, мне хватило бы здоровья на один день. И я бы пришел домой и понял, что это тоже переоценено.