Дневники
Тесты
Сообщества
Альбомы
Тест: Долго и счастливо. KHR
3 лет назад от Бездарная личность
Долго и счастливо. Бьякуран Джессо.
Хватая нож, вы вспарывайте кожу нового мира. Льющийся из глубокой раны свет, ослепляет вас, и за ним вы не замечайте золотые цепи, оплетающие ваше тело.
Лжец видит лжеца, и говорить о том, кто вы вам было без надобности. Смотрящий на вас мужчина уже всё знал, он звал вас настоящим именем, перебивал вас, когда пытались спросить, а после сам объяснил, стоило только замолчать.
Тот, кто жил в этом мире, тот кем вы были — погиб. Жизнь в золотых цепях оказалась непосильным испытанием, поклонение ложному богу сломило дух и в конце сдалось тело. Это откровение испугало бы того, кем вы были, но не вас самих. Золото лучше стали, даже если говорить об оковах, которые будут на вас надеты. Кивая, вы улыбайтесь, и говорите, что ваше тело вынесет это. Вы можете больше, чем кажется. Кошмары вечного не приведут вас к распаду.
Вы пьете амарантовый нектар обжигая своё горло. Бессмертие, вечная любовь и пылкая верность. Вы никогда не узнайте почему тот, кем вы были был выбран Джессо, вы никогда не узнайте почему иной не ответил ему. Вы усмехайтесь едва заметно, вам и не интересно, почему тот вы был настолько глуп. Хватая цепи со своей стороны вы тянете на себя того, в чьих руках поводья и он склоняется к вам. Равнозначная зависимость – результат проведённого вместе времени. Любовь ли это?
Он опьяняет. Обнажённый, голодный взгляд в опере, сотня рубиновых улыбок в заполненном ресторане. Его улыбка бледнеет, если хоть на секунду обратить своё восхищение на другого. Но ему известно, что только он — ваше сердце, ваша жизненная сила и энергия. Вы точно теряете себя в его нежных объятиях, его губы сладки, как мирра. Ваше сердце принадлежит ему. Ваш бог. Он.
Золотые цепи тащат вас вниз вдвоём. И это уже можно принять за сомнительное счастье.
Кикё: первый твой надзиратель теперь зовётся твоим другом, является ли он таковым в действительности или нет — не важно, вы чётко ставите границу между пустотой высокопарных слов и честностью ваших намеренней, он делает также. Самые честные и самые лживые друг для друга, вы схожи в том, что отдали свои жизни одному человек или…уже и не человеку вовсе? Если бы, то только имело хоть какое-то значение.
Закуро: его ярость вызывает трепет, но она блекнет для вас, загороженная тенью его мужской глупости. Ваши диалоги переходят в издёвку, когда вам того хочется, вы дразните, но не оскорбляйте, напоминайте тем самым акробата, ходящего по тросу протянутым над проростью, без всякой страховки. Он отвечает вам колкостью временами, только тогда, когда Джессо нет рядом и тогда, слова кинжалами вонзаются в ваши тела. Вы точите свой язык о него, вы учитесь на нём, и завершая всё улыбкой, вы покидайте его, когда побеждайте в очередной раз.
Дейзи: вы волнуйте его. Конечно же не так, как женщина способна волновать мужчину, иначе, пробирая холодом до самых костей. Он понимает, что вы другой человек, не тот, кто был приведён сюда когда-то давно. Вы остры, как игла, но очаровательны точно только распустившийся цветочный бутон. Когда ваши взгляды пересекаются, он первый, кто опускает глаза, и тогда уже вы смеётесь. Бьякуран просит вас быть мягче, он гладит вас по плечу холодными пальцами, вы кивайте ему, улыбайтесь едва ли не нежнее, чем сам Джессо. Только вам обоим известно, что Дейзи никому из вас, на самом деле, совершенно не жаль.
Блюбел: она та, кто липнет. Похожая на бабл-гам, кем-то прилепленный в ваши волосы. Хватаясь пальцами, сколько не выдёргивай не избавишься, она всё ещё рядом, всё ещё с вами, она зовёт вас сестрой, а Бьякурана братом. Вы строите из себя семью, которой никогда не являлись, едите вместе сладкое, сожалея, что не отравите друг друга. Кикё бдительно следит за вами, он всё ещё тот надзиратель, но вы больше не уверены, что над вами.
Хватая нож, вы вспарывайте кожу нового мира. Льющийся из глубокой раны свет, ослепляет вас, и за ним вы не замечайте золотые цепи, оплетающие ваше тело.
Лжец видит лжеца, и говорить о том, кто вы вам было без надобности. Смотрящий на вас мужчина уже всё знал, он звал вас настоящим именем, перебивал вас, когда пытались спросить, а после сам объяснил, стоило только замолчать.
Тот, кто жил в этом мире, тот кем вы были — погиб. Жизнь в золотых цепях оказалась непосильным испытанием, поклонение ложному богу сломило дух и в конце сдалось тело. Это откровение испугало бы того, кем вы были, но не вас самих. Золото лучше стали, даже если говорить об оковах, которые будут на вас надеты. Кивая, вы улыбайтесь, и говорите, что ваше тело вынесет это. Вы можете больше, чем кажется. Кошмары вечного не приведут вас к распаду.
Вы пьете амарантовый нектар обжигая своё горло. Бессмертие, вечная любовь и пылкая верность. Вы никогда не узнайте почему тот, кем вы были был выбран Джессо, вы никогда не узнайте почему иной не ответил ему. Вы усмехайтесь едва заметно, вам и не интересно, почему тот вы был настолько глуп. Хватая цепи со своей стороны вы тянете на себя того, в чьих руках поводья и он склоняется к вам. Равнозначная зависимость – результат проведённого вместе времени. Любовь ли это?
Он опьяняет. Обнажённый, голодный взгляд в опере, сотня рубиновых улыбок в заполненном ресторане. Его улыбка бледнеет, если хоть на секунду обратить своё восхищение на другого. Но ему известно, что только он — ваше сердце, ваша жизненная сила и энергия. Вы точно теряете себя в его нежных объятиях, его губы сладки, как мирра. Ваше сердце принадлежит ему. Ваш бог. Он.
Золотые цепи тащат вас вниз вдвоём. И это уже можно принять за сомнительное счастье.
Кикё: первый твой надзиратель теперь зовётся твоим другом, является ли он таковым в действительности или нет — не важно, вы чётко ставите границу между пустотой высокопарных слов и честностью ваших намеренней, он делает также. Самые честные и самые лживые друг для друга, вы схожи в том, что отдали свои жизни одному человек или…уже и не человеку вовсе? Если бы, то только имело хоть какое-то значение.
Закуро: его ярость вызывает трепет, но она блекнет для вас, загороженная тенью его мужской глупости. Ваши диалоги переходят в издёвку, когда вам того хочется, вы дразните, но не оскорбляйте, напоминайте тем самым акробата, ходящего по тросу протянутым над проростью, без всякой страховки. Он отвечает вам колкостью временами, только тогда, когда Джессо нет рядом и тогда, слова кинжалами вонзаются в ваши тела. Вы точите свой язык о него, вы учитесь на нём, и завершая всё улыбкой, вы покидайте его, когда побеждайте в очередной раз.
Дейзи: вы волнуйте его. Конечно же не так, как женщина способна волновать мужчину, иначе, пробирая холодом до самых костей. Он понимает, что вы другой человек, не тот, кто был приведён сюда когда-то давно. Вы остры, как игла, но очаровательны точно только распустившийся цветочный бутон. Когда ваши взгляды пересекаются, он первый, кто опускает глаза, и тогда уже вы смеётесь. Бьякуран просит вас быть мягче, он гладит вас по плечу холодными пальцами, вы кивайте ему, улыбайтесь едва ли не нежнее, чем сам Джессо. Только вам обоим известно, что Дейзи никому из вас, на самом деле, совершенно не жаль.
Блюбел: она та, кто липнет. Похожая на бабл-гам, кем-то прилепленный в ваши волосы. Хватаясь пальцами, сколько не выдёргивай не избавишься, она всё ещё рядом, всё ещё с вами, она зовёт вас сестрой, а Бьякурана братом. Вы строите из себя семью, которой никогда не являлись, едите вместе сладкое, сожалея, что не отравите друг друга. Кикё бдительно следит за вами, он всё ещё тот надзиратель, но вы больше не уверены, что над вами.
Пройти тест: https://beon.vip/quiz.php?quiz_id=3302
40
0
