Ты трясёшься в моих ладонях, я тебя достаю из клетки. Будто жажда — сломать и тронуть: оставляешь на мне отметки. Я влюблённый в тебя навеки (бесконечность делю на два), не найдя в себе человека, не нашёл в тебе журавля.
Ты синица. Костяшки пальцев, оцарапанные до крóви. Я тебя не люблю, без фальши отпускаю тебя на волю. Окончательно, безвозвратно, очень ясно и очень ёмко: я тебя отпускаю. Хватит, не смотри на меня волчонком; если нам суждено проститься, то лети, не жалея силы...
Она всегда была где-то между, от гибели или счастья на волосок, Потерявшая солнце, кинув монетку в море, на память с собой забрав песок, Заточила его в стекло, так называемый, - hand made – часы песочные или песчаные, переворачивала вверх-вниз, подгоняя крупинки и время точное. У неё когда-то был дом у ручья, окна с видом на сад и земные радости, В планах было несколько пунктов, кормить кота и дожить до глубокой старости, Иногда она забывала имя своё, и какой наступил год, пекла пироги Яблочные, варила кофе крепкий и непременно вставала не с той ноги. На стене ворчали часы со стрелками, бегали бесконечно по ровному кругу, Не такие точные, как песчаные, но хоть что-то, стрелки жались друг к другу, Всё стремились встретиться и хоть немного побыть вместе приблизительно в полночь, И тогда она засыпала, всё бежала куда-то во сне, будила кота, звала на помощь. Просыпалась, маялась, вновь забывала имя и день недели, и если бы не кот, Потерялась во времени бы, растворилась, как пена морская, не знала, куда идёт. И так они жили неделями, месяцами, провожая взглядом луну и встречая солнце, Кот сдавал и нещадно болел, она чаще курила, излучая страх и тревогу порциями. Первого числа месяца было всё решено и раз навсегда отмеряно, Она осталась одна - где-то между, в часах песочных, жалась к стеклу растерянно. Не было дома и ручья, не было пирогов с яблоками, запаха вереска, Не было кота, любимой чашки и окон, на которых висели белые занавески. Она так и не вспомнила своё имя, от гибели или счастья на волосок, Потерявшая солнце. Последнее, что она помнила, это море и золотой песок, Пахло яблоками и вереском, всё бежала куда-то, звала, как всегда, на помощь. И исчезла. Стрелки встретились в полночь.
черный Черный не относится ни к хроматическим, ни к спектральным оттенкам. Было доказано, что он оказывает влияние на людей. Черный цвет в психологии обычно не имеет яркой негативной окраски. С одной стороны, с этим оттенком ассоциируются сила и жесткость, с другой – стремление к одиночеству и замкнутость.
По мнению некоторых специалистов, имеется особенно негативное значение черного цвета в психологии – агрессия, протест, стремление борьбы со всем миром.
Если в мире вдруг начнется зомбиапокалипсис, как вы будете выживать? Станете гордым одиночкой или объединитесь в общину? Будете "хорошими парнями" или "цель оправдывает средства"?
Дьявольским лезвием проще сражаться с тьмою, вот тебе меч, и вот тебе — сразу тьма: если ты хочешь, сделай глоток со мною, но мне придётся выпить её до дна, чтобы узнать, что правда всего острее и от неё не сможет спасти броня.
Если в конце я превращусь в злодея, (не сожалей) останови меня.
Если решу разрушить всё без остатка, то я надеюсь, ты преградишь мне путь. Жизнь — интересна, необратима, шатка, жизнь ещё сможет нас с тобой ужаснуть. В холоде гор незаметно моё дыханье, «Мастер, скажи, хоть когда-нибудь я дышал?». То, что внутри, никогда меня не оставит.
«Мастер, скажи, а есть ли во мне душа?».
Лучший момент — созерцание и рожденье: чёрная почва, материя, белый мел — злая природа, которую не изменишь, славно настроенный двигатель наших тел. Я, ты и мы из одного и того же теста, только подправлен финальный рецепт слегка.
Как ты считаешь: мы сами находим место, или же место тянет нас за рукав?
Я проведу конец карандашных линий через границу — неуловимо — добра и зла, через то чувство, что создаёт существа живыми и потому не оставляет живым меня. Красок не будет, но лучшим экспериментом станет пока не испорченный белый лист: ты, переживший мир, ты, что живёт моментом.
Раньше и я, наверно, был так же чист. Если я принц, то моё королевство пало, если я мел, то я сам себя раскрошил. Я никогда не боялся своих провалов, может быть, я ради этих провалов «жил»?
«Мастер, скажи, почему за завесой снега я не могу разглядеть твоего лица?».
Правда, которую я не могу отведать, чьи же однажды покинет она уста?
Силой своей поднимаясь немного выше, кажется, я опускался под твердь земли, ближе к тому, что так сильно хотел услышать, дальше от всех, заслуживших моей любви. Больше сесилии ветренной звёздной ночью не расцветут, оживая, в моих руках, вместо надежды в альбомах оставлю клочья, сняв с рук перчатки, почувствую колкий страх.
Если в конце моя истина станет ложью, и темнота в моём сердце достигнет край, я без раздумий решу себя уничтожить, ты же, прошу,
под защитой духа легко до дрожи пересечь страну, не найдя покой — мы ступали с демоном кожа к коже и дышали рвано, неглубоко, и бросались в битву, забыв о смерти, и клинок всё ярче в лучах блестел.
где металл опять по живому чертит, под ногами слышится хруст костей.
мы с моим чудовищем — будто братья, где один — там выживет и второй, я готов был это назвать проклятьем, срезать нечто лишнее, как нарост, только с ним решился остаться рядом, чтоб домой вернуться в конце концов.
почему бессильны мечи и яды? я и тварь, по правде — одно лицо.
В старой церкви не поют святые гимны Кровь на бревнах частокола Католического хора Свора скалится им в спину Не по вкусу ей отпетые могилы
Крест в руках твоих, но к битве он не годен Сердце клеть свою проломит Веру в Бога похоронит Старый крест - не щит Господень Свора бесится, и близко Черный Полдень
Все тексты, изображения, видеозаписи и аудиозаписи на этой странице принадлежат пользователям.
Если вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста напишите нам.