чувствуй
я же так близко
вот мои стоны
вот моя искра

грустно
нужно проститься
ничего уже не чувствую
можешь забыть всё

я уйду, когда шум
сменит тяжесть тишины
ты молчишь, я молчу
нам не о чем говорить.
и пускай, сотни раз
обещал с тобой быть до конца
соврал.

оставь меня среди этих небесных рек

я ненавижу день, и так влюбилась в ночь

но если будет нужно - помогу тебе

ведь до сих пор никто так и не смог помочь

не встретила бы тебя, не поняла одного

что неважна любовь, когда пусто внутри

вот почему все песни только о плохом

даже когда с тобой влюбленные мы

смешно, когда у неё вдруг размазывается тушь,
графитовой крошкой липнет к солёным её щекам,
как она облачается в простынь и убегает в душ,
говорит, что в разлуке раздваивается пополам.
надевает мою рубашку: ткань пропитывается ею,
ходит по дому босой и взлохмаченной индианкой…
как она выгибает устало карамельно-молочную шею,
как буравит меня глазами выброшенной собаки.
всё это так смешно, нелепо, ужасно и сложно:
льётся полынный воздух, сыплется звёздная манка,
апельсинами и любовью пахнет смятое ложе…
я никогда не высплюсь с этой своей индианкой.
смешно, когда она ревнует меня, прикусывая губу,
убегает, хлопая дверью, и возвращается снова,
захлёбывается слезами, по-детски бубнит: люблю…
оставляя мне след на шее, мелкий, сине-вишнёвый.
а потом, за порогом этой обшарпанной конуры
она превращается в ледяную ультра-фэшн-богиню.
и никто не поверит, что я был у неё внутри,
что сжимал её хрупкое тельце и называл по имени.

пусть здесь будут самые обожаемые местечки.

список пополняется 

Москва

одно из любимых, хотя ничем неприметное.
уютная кофейня с виниловами пластинками.
если нет настроения, выключен телефон,
а с собой фотоаппарат и тетрадь для рисунков -
то, вероятнее всего, я тут.
капучино "Ромовая баба" и бариста Андрей (сердечко)

слишком популярно, людно,
но идеально для встреч с подружками
а какие там веганские десертики!