Сегодня я получил от тебя извинения. Я их не ждал, и я о них не просил. Они просто просочились в наш диалог как семена, попавшие в плодородную землю. Когда я обращался к тебе с просьбой остаться, то понимал, что в ней абсолютно нет смысла, ведь ты всегда поступал так, как велят дорога и сердце. Август догорел, и я остался один. Той осенью во мне что-то умерло: я до сих пор ощущаю в себе следы разложения, медленного, источающего запах шелкопряда процесса. Запах высшей алхимии, преобразования, великого делания.

Воспоминания об этом стёрлись почти целиком. Сейчас я с уверенностью могу сказать, что не помню дороги, погоды и эмоций, правивших моим осунувшимя, остроносым лицом. Более того, я забыл саму просьбу. Надорвал клочок мироздания, беспардонно выскоблил её из реальности, и она перестала существовать, как обожженный лучами восходящего солнца кошмар, дурной сон, который никак не получается вспомнить. Я хорошо помню, как добрался до университета. Кажется, на это у меня ушла пара дней. Пара дней на то, чтобы решиться и в очередной раз поймать на верёвке от тени свой шарик жизни. Наука приносит мне утешение. Время от времени оно кажется до странного иллюзорным, но неизменно нагоняет волну.