Доброго вечера, Беон.

Мы не виделись с тобой (с прошлой версией тебя) ровно десять лет. А встретились и того раньше.

То были другие времена и другие желания. Как бы ни хотелось мне вернуть масштаб тех катостроф, что были в 2008, это невозможно. А здесь, на третьем десятке двадцать первого века они больше, страшнее и, что самое отвратительное, гораздо разрушительней.

Знаешь, Беон, когда я возвращалась, я была уверена, что не смогу писать как прежде. Чтобы мысль лилась по клавишам. Сама. Легко. Но оказалось, что боли накопилось столько, что нужно было лишь наклонить эту чашу с помоями, чтобы все тотчас же вывернулось наизнанку.

Да, я знаю, что это не тот тон, в котором положено приветствовать дорогое тебе место. Но я надеюсь, что ты меня простишь. Простишь и выслушаешь. Как и пятнадцать лет назад.

И если кто-то согласится разделить со мной это время здесь, я буду им рада.

Фрэн