Покорежанной сталью, заржавевшим клинком в твердой решимости за его окном мерцали взгляды. Их то отводили, то снова направляли прямо в центры замерших зрачков, - глубоких, но опустевших вселенных, в которых уже погасли все звезды, - в попытке рассмотреть то ли признаки жизни, то ли еще чего-то, что люди обычно называют таким громким, гордым словом "Личность". 
Нет там личности. И лица нет - только грязное и смятое пятно, при взгляде на которое уже до невозможного противно (или уже мерзко?) марать свои глаза. И так забавно наблюдать, - вот ирония, да? - как некоторые из смельчаков, тех самых господинов "Я другой, не такой как многие", вздрагивая и морщась заставляют себя развернуть это подобие, гадкое месиво, что из себя стал представлять человек. Только вдумайтесь... ч е л о в е к... 
Ты представляешь.
Ч Е Л О В Е К
Столько всего можно добавить между строк. Формы и мировоззрение, индивидуальность и какие-то фишки, характер, историю. Прошлое и настоящее,  зачатки будущего. Цели и мечты. 
Его разворачивают, пытаются сделать это нарочно аккуратно, словно касаются бархатных и кудрявых лепестков розового бутона, боясь лишний раз стряхнуть каплю свежей росы. Да только это все ложь и иллюзия, нацеленная исключительно на эти бездонные дырки в небрежно, но может даже в ненависти, хах, измятом холсте. И нет там осторожности - только брезгливость, отвращение и страх. О, боится добродетель не навредить, нет... Он боится не увидеть там того, что так хочет увидеть и почти уверен в том - душу.  Но души там нет. Натыкается только на какую-то застоявшуюся зловонную жижу. Может это то, что осталось от чувств, непролитых слез или несказанных слов, а может обида. Может... 
Может?
...
Нет, не может.Не стоит обманываться, знаешь. Это бесполезно. 
Итак. Не найдя в дыре - в лице - желаемого, он пытается это завернуть обратно, но мятое аккуратно уже не сложишь. Мы так кропотливо это все сворачивали годами, что бы наконец не подтекало, но вот опять... 
Понимаешь?
О п я т ь
И уже крючковатые, неопрятные, но замаскированные под "адекватность" фаланги пытаются закрывать эту непритязательную, нелицеприятную гущу, что теперь из себя представляет личность и когда-то ставший человеком не человек.

А теперь смотри, он ведь уйдет ... а что нам то останется?