Решив сделать выбор в пользу себя, я уничтожил то, что было мне дорого. Не единожды. Нездоровый эгоизм любит меня. Взаимная любовь, как ни крути. 

Я снова повис в долгах. Должен. Вот почему я не хотел подпускать к себе близко людей. Появились долги. Которые снова никто прощать не будет. 

А душу жжет все один и тот же кошмар на яву. 

Я увидел ковер на полу и сразу понял, что эта комната меня устроит целиком и полностью.  Небольшая софа, по которой кровавыми слезами плачет изголодавшаяся моль, как по благородному вину, большой платяной шкаф со стертой резьбой, угрюмый дубовый стол с не менее тяжелым креслом, камин, требующий немедленной чистки. Но это все маловажные аспекты. Главным был этот ковер. Темная шкура лоснилась от тусклого света из огромного окна, выходящего на лес и гору, слегка задевая улицу.  Хозяйка не припомнила, что за чудной зверь будет греть мне ноги. Белая полоса наверняка проходилась по хребту, когда шкура грела кости еще живого существа. Глухая старушка за символическую плату готова сдавать мне эту комнату хоть на все оставшиеся ее дни. Ей все равно, какие будут соседи. А меня устраивает скромная комната с замечательным видом. И наличие дров.

В первый день я приводил все в порядок и раскладывал необходимый набор вещей. Все уместилось на полках огромного шкафа. Порадовало. С хранением нет проблем. Стол вполне удобен. Можно отвлекаться и смотреть в окно, давать отдыхать глазам. Хотя, можно просто сесть на пол, у окна, прямо на шкуру и любоваться закатом. Окно действительно выходит на запад. Я удачно выбрал место. Софа вполне пригодна для сна. Почти диван в Лондоне. Только без бортиков. Ноги все равно будут свисать. Проблема высоких. Вечная. Плевать. Все равно сплю, словно буддийский монах под землей. 

Глинтвейн (безалкогольный, разумеется), моя хозяйка делает приличный. Я сидел на полу, у окна. Док на софе. Мое видение лежало с книгой неподалеку. Она внимательно вчитывалась. Я старался не смотреть.

- Снова видишь Ее? - Док проследил за моим взглядом. Я улыбнулся.

- Нет, - ложь еще никому не мешала в жизни. Особенно предателям. 

- Тогда почему ты так внимательно смотришь на эту шкуру?

 - Нравится она мне. Хочу, - я лег ближе, заглядывая в книгу и видя там неприятные фото. Кажется, в голове опять все перемешалось. Уводя мысль, я смотрел в Ее темные глаза. - Увезти домой, бросить на диван.

- Не маловат? - скептично окинув взглядом, произнес он. - Стоп! Почему на диван, а не возле?

- Можно и возле. Мне все равно, где. Хочу.

Он не понял. Или понял, но молчал. А я улыбался. Как и Она. Таблетки ничего не сделали. Кроме угнетения. Лучше ли почти ничего не чувствовать?

Плевать. Все равно хорошо.