Полагаю, сегодня я испугала К. и М. своей истерикой. Я не специально (хотя разве бывают специальные истерики?). Просто мать решила, что выселить меня из квартиры, в которой я уже 8 лет живу одна, недостаточно. И решила выбросить и моих кошек. К. был очень добр, когда предложил мне переехать в его пустующую однушку на окраине. Но он был против кошек. И он, и его дорогой кожаный диван, и гиперкрутой матрас, и новенькие обои. 

Я никогда не бросала своих животных. Всегда, при любых обстоятельствах, находила способ забрать их с собой. А сейчас такого способа не было. И мне было нестерпимо больно. Так что когда М. спросил, когда будут готовы ватрушки, я разрыдалась. 

Думаю, М. впервые за пять лет знакомства видел, как я вою. Это была истерика без спада, новыми и новыми волнами подкатывающая к горлу. Десять минут без перерыва. У М. звякал то и дело телефон (я только потом поняла, что К. писал ему со второго этажа). А потом он сказал: "Мы заберем их с собой, ясно? Накупим чехлов, наматрасников, когтеточек. И заберем их. Ты их не бросишь". 

И мне интересно. А моя мать осознает, что теряет последнего своего ребенка, которому на нее еще пока не насрать? Который из-за ее дерьмового характера столько страдал, курил траву, уходил в запои, пил антидепрессанты, но все равно не бросал ее, чтобы не было. Ведь это мама! Брр... аж подташнивает.