Любое столкновение с жизнью подтверждало: они правы. Ведь я, со своим длинным списком недостатков и несовершенств, пороков, которые украшают всех (кроме меня) - не буду никому нужен. То, что другие приходят и берут, я должен заслужить. Выстрадать. Я же никто, серый камень на дороге. Один из тех миллиардов предметов, мимо которых ты идешь - и даже не вспомнишь про них. 

Это чудовищное ощущение. Как будто ты стоишь всю свою жизнь по середине вязкого и липкого черного болота, через которое никто не перейдёт. А если и перейдет - и вытащит, и дотронется - то непременно выкинет обратно. Чтобы бы увяз в этой трясине еще глубже. А твои недостатки свисают с тебя тяжелыми складками. Не расправить плечи, не поднять голову. 

Ты так жадно ловишь любой осколок чужого внимания, что иногда и правда кажется: ты живой и живешь. Но всё это глупость: просто солнечное пятно прошлось по тебе, как по любому другому предмету. Как музыка: любая песня о любви спета не для тебя, а для всего мира - но ты можешь, если хочешь, примерить её на свои ощущения. 

Конечно, я пытался выбраться оттуда: составить себя из чужих образов, прикрепить на себя чужие мысли. Может так получится выдать себя за нормального человека - скрыть и спрятать болото. Соврать - и наконец-то выбраться оттуда. 

Ещё, к тебе, как к уродцу, приходят за покаянием и индульгенициями. И, конечно, чтобы похвалиться: смотри, какую жизнь я живу. Там, где ты наблюдаешь, я живу и забираю всё себе. Пока ты стоишь на своём болоте, моя жизнь полыхает и горит. Правда, я замечательный? Да, отвечаешь ты. Ты волшебный, забери меня с собой. 

Почему и как всё изменилось? Я не знаю. Как будто день за днем что-то копилось и бродило - а потом загорелось и взорвалось. 

Я никогда не понимал, как люди могут что-то делать и не испытывать угрызений совести за самих себя. Как можно открыто сказать: да, я такой вот и делай с этим, что хочешь. Агрессивный  нытик и долбоеб здесь - ты, а не я. Поэтому - иди в жопу.   

А это так великолепно: смотреть на себя. Слушать себя - и наслаждаться каждым своим движением, каждым решением. Наслаждаться собой. Это похоже на тонкий золотой контур вокруг - ты абсолютно такой же. И совершенно другой.

Это не значит, что я не грущу, не чувствую обиду или неправоту - свою или чужую - не думаю глупостей или не чувствую усталости, не ленюсь или не боюсь. Всё так, всё на месте. А что тогда изменилось? Это всё очередная мания - или это ощущение со мной навсегда? 

Надеюсь, что навсегда. 

Большая проблема в другом: в моей семье не принято было говорить о теле. Как будто твои руки и ноги, плечи и губы - это несущественно и неизменно. Была еще пара вещей, которые сильно помогали огню самоуничижения: с рождения у меня была беда с шеей и склонность к проблемам с позвоночником. Но лечить меня никто не стал - если не считать лечением регулярные шпыньки "выпрями спину". Это как сказать человеку в сильной депрессии - "не грусти". 

Я очень быстро вырос и набрал вес, который держался очень долго. Если сравнивать с окружающими то я чувствовал себя каким-то несуразно большим. Как большая собака с мозгом щенка. 

Потом начались другие делаи другие проблемы - а я со своим телом по-прежнему жил раздельно. С ненавистью к любому телесному: к желанию, к спорту, к поту, к пыли и к тому, что можно запачкать разглаженную и чистую одежду, к тому, чтобы потрогать мясо или рыбу. Хорошее заключается в том, что со временем брезгливость уходит. Остается пожать плечами вздохнуть - и сделать. 

Но, старшие своей недосказанностью, забыли сообщить: тело не может быть неизменно. От нелюбви оно меняется и становится склизким и дерганым. И вот, мы опять пришли к самому началу: к отвращению. Если мы вернемся на 10 лет назад - то каждый год будем прибавлять по одному кило. И придем в сегодня. Нет, если ты увидишь меня на улице - то не заметишь ничего особенного: горба или гигантского свисающего живота-фартука у меня нет. Огромного роста или выпирающей мускулатуры - тоже. Как впрочем и тонких запястий, лодыжек, пальцев или острого овала лица. Ничего такого. 

И что теперь? Ждать еще 10 лет, когда отвращение изменится на что-то другое - я не хочу. Также, как не хочу переделывать себя хирургическим путем - серьезных мыслей на этот счет у меня никогда, если честно, и не возникало. Ни вставлять, ни убирать. 

На этот раз вместо отрицания телесного - я выбираю пристальное внимание. Я занимаюсь каждый день - и смотрю, как двигаются мышцы, как меняется возможность контролировать то, что не получалось раньше. Вполне возможно, что этот путь займет еще 10 лет. Или - что я брошу его (скорее всего брошу. и не один раз). Но надеюсь, что потом вернусь. И перестану иногда смотреть на свои руки, как на чужие. 

Но давайте будем честными. Если бы у вас была возможность выбирать тело - разве вы не хотели бы взять себе красивое?