Во время плавания Ариниэль постоянно думала о пророчестве. Оно задело её за живое. Ей казалось, что хуже, чем потеря родных, ничего быть не может. Однако тогда девушка не понимала, что ошибается. Самая болезненная потеря ей ещё только предстоит. Все, кому было предсказано, что они будут пролевать бесчисленные слезы и что Валар останутся глухи к их слезам, станут тенями, измученые муками и усталостью, для юного народа, который придёт вскором времени в Арду, заплатят за преступление кровью мужей и сыновей своих. Но у неё ещё не было ни мужа, ни сына. Однако помнила эллет о том, что Гнев Валар лежит на Доме Фэанора и ляжет на всякого, кто последует за ним. 

Она сблизилась с его сыновьями: с Маэдросом и Маглором и с близнецами ~ Амросом и Амродом. А вот Куруфин и Келегорм внушали ей страх, но больше всех эллет боялась Карантира. Братья отличались тесной дружбой и сплочённостью между собой, что среди прочих народов или друзей, либо братьев в будущем она редко замечала. Лучшими друзьями для неё стали близнецы: они много беседовали о разных вещах. К их беседам часто присоединяется Маглор. Маэдрос смотрел на это все с интересом, гадая, что же из этого выйдет. 

 ~1497 ~   воинства достигли Арамана, где обнаружилась нехватка судов для перевозки всех воинств сразу. Поочерёдно нолдор не решались переправляться, так как после слов Мандоса их охватил страх предательства. Айлин чувствовала, что что-то должно случиться. Девушка никак не могла заснуть и пошла прогуляться по берегу моря. К ней присоединился Амрод ~ младший из сыновей Фэанора.    

Многие Нолдор, особо среди воинства Финголфина, стали роптать и проклинать Фэанора, виня его в причинах всех бед. Сам Финголфин в это время провозгласил себя Верховным королём. Фэанор указал брату на беспочвенность его притязаний, поскольку Нолдор отвергли Валар и их законы (по которым Финголфин был правителем, когда Фэанора изгнали). Финголфин на это ответил, что он вовсе не отвергает закон Валар в плане своего утверждения королём. Видимая их разговор Айлин, долго не могла поверить то, что она слышала в ту ночь. Девушка решила не вмешиваться в дела старших. И даже после смерти Фэанора она никогда об этом с кем не говорила. 

Фэанор был разъярён и, увидев удобную возможность, он бросил бунтовщиков в Арамане, а сам уплыл со своим народом – так первые Нолдор вернулись в Средиземье. После высадки Феанор тайно сжёг все корабли в Лосгаре, так как опасался предательства от оставшихся подданных, если они решат послать корабли Финголфину.