Интервью с писателем Олегом Маркеевым, которое я брал у него в Санкт-Петербурге для газеты "Работа для Вас". Опубликовано 27.12.2004 в СПб.


Интервью с Олегом Маркеевым

Олег Маркеев:

«Россия сегодня – страна опущенных властью мужчин и изнасилованных нуждой и страхом женщин».

Его цикл "Странник" привлекает все большее число читателей на фоне раскрученных "Олма-пресс" Бушкова, Акунина, Лукьяненко и даже всегда стоявшего неким особняком культового Виктора Пелевина. "Человеку очень сложно оставаться с хаотичностью мира "сам на сам", ему хочется, чтобы мир жил по определенным правила, и кто-то за соблюдением этих правил следил". Так определяет секрет привлекательности Маркеева обозреватель еженедельника "Объектив НО". Опубликованные недавно выдержки из нового романа цикла "Цена Посвящения" вызвали еще больший читательский интерес к творчеству писателя, его истокам. Сегодня Олег Маркеев - гость петербургского выпуска «РДВ».

Как Вы пришли в литературу, какие корни питают ваше творчество? И в чем секрет Вашего успеха, если солидное издательство «Олма-Пресс» представляет Вас своим сенсационным открытием?

Литературное творчество для меня форма самореализации и адаптации к постперестроечной реальности. Планировал и готовился к одной жизни, но с крахом СССР пришлось перестраивать и планы, и саму жизнь. Как и всем. Кто-то стал бизнесменом, кто-то бандитом, кто-то полевым командиром, кто-то политиком... Ну, а я писателем.

Из прошлого в писательский багаж взял лишь военную подготовку, опыт переводчика и еще дружбу со многими интересными людьми, включая бывших работников спецорганов.

Что же касается собственно литературной карьеры, то в самом начале произошло благоприятное совпадение: издатель на голом энтузиазме решил сделать ставку на молодого и никому не известного автора. С рукописями работал прекрасный, чуткий и опытный редактор, с которым у меня сложился фактически творческий союз.

Смотрю, как сейчас пробиваются молодые авторы, как упали объемы тиражей, как катастрофически нищает население, и понимаю – просто повезло, а о литературных достоинствах моих книг не мне судить…

Что же делать молодым авторам? К чему быть готовыми? Как выстраивать свои отношения с издателем, и на какие заработки можно рассчитывать?

Есть универсальная формула:"Если решил – делай. И делай только то, что ты решил Это -закон". Ничего не могу добавить. Учтите, никто вас за ручку в профессию не приведет. Всего придется добиваться самому. Безусловно, писатель – это профессия. Причем, жестко структурирующая образ жизни и, если угодно, даже судьбу. И в первооснове лежит достаточно тяжелый физический труд. Попробуйте просто перепечатать любую книжку в четыреста страниц, и вы поймете, что я имею в виду.

Отношения с издателем должны быть партнерскими, или – никакими вовсе. Что бы не говорили вам о чудесах менеджмента, хитростях рекламы, промоушена и прочей рыночной аббракадабы, в первооснове успеха книги лежит качественный текст. Это понимает любой издатель. Качественную рукопись он оторвет с руками и заплатит любые деньги. Вся проблема издательского бизнеса, как я ее понимаю, в том, что Россия – страна великой культуры. У нас есть Пушкин, Гоголь, Достоевский, Бунин, Булгаков... А не Сидни Шелдон. Так что, критерии качества, литературный вкус у нас впитывают с молоком матери. Какую макулатуру в ярких обложках не выпускали бы издатели, покупать будут качественное. Нашего читателя не обмануть. Единственный совет, который я могу и хочу дать начинающим авторам, – научитесь уважать читателя. В конце концов, человек платит свои кровные деньги за вашу книгу, отказав себе в чем-то другом. Так вот, не унижаете ни себя, ни читателя, пытаясь "впарить" ему суррогат.

Если вас интересует чисто финансовый аспект ремесла, то средный писатель получает, как средний менеджер в средней фирме. Гонорар писателя - десять процентов от отпускной цены книги, помноженной на тираж. Начинающим могут предложить от пятисот до тысячи долларов. Мэтры требуют деньги вперед, по пять-десять тысяч за новую рукопись. Иногда получают.

Преимущество только в одном: писатель делает, что считает нужным, и ему за это платят. Менеджер исполняет то, что прикажут. Ну, еще писатель имеет возможность завещать свои авторские права детям. Маленькое, но утешение.

В своем творчестве вы затрагиваете темы, на которые ранее и говорить было небезопасно: схемы управления страной колониального типа, источники сверхроскоши олигархов на фоне общей нищеты, делая это с минимальной долей сказки...

Солженицина в СССР запрещали и не издавали, но все равно народ читал. А сейчас есть Интернет, и проблем с публикацией своих произведений быть не может, если решил просто выпустить в свет книгу, а не заработать денег. Так что, дело не в том, что и как удается писать и печатать. Главное, чтобы не запрещали людям читать. Это первично. Скажем так, свобода писателя ничто, по сравнению со свободой читателей.

Лукьяненко пишет в стиле мистической фантастики, накладывая ее на реальность (цикл «Ночной Дозор»), Виктор Пелевин играет словами в смысл на фоне реальности («Священная Книга Оборотня. А ваш стиль, на мой взгляд, выделяется именно реалистичной Нереальностью мирового социального закулисья, когда хочется спросить, откуда вы все это знаете? Действительно, откуда?...

Знаете, один автор написал несколько книг о тайных обществах и однажды получил открытку без обратного адреса. В ней было написано: «Мы провели расследование по поводу информации, которую вы использовали. Утечка из наших кругов исключается. Очевидно, произошел тот редкий случай, когда тайные знания благодаря дару творчества стали доступны вне Ордоналии и Посвящения. Решено, что вы не нарушили клятвы, потому что ее не приносили. Теперь вам не о чем беспокоиться. Живите с миром». Именно по такому принципу я строю свои отношения с теми, кто считает себя Посвященными.

А вообще-то, все мои книги результат расследования, исследования и фантазирования на заданную тему. Примерную пропорцию правды и вымысла я знаю, но всегда предоставляю читателям право окончательной оценки. Иногда, к моему удивлению, правдой оказывается то, что я выдумал. Считайте мои романы моделью вероятности, а не описанием реальности, и не ошибетесь.

«В ход идет пиар – легально производимый в стратегических дозах галлюциноген. Такой у власть имущих теперь стиль общения с народом. Врать в глаза до тех пор, пока у клиента не помутнеет в голове». С этим трудно поспорить, но куда мы все-таки, на ваш взгляд катимся, какие перспективы сейчас у страны?

С такой элитой именно катимся. Совершенно очевидно, что вся постсоветская элита государственно импотентна, политически труслива, морально нечистоплотна и, простите, попросту патологически глупа. Она неадекватна ни народу, ни внешнему миру, ни времени. Какой-то симбиоз совкового барства с латиноамериканской диктатурой. Именно поэтому власть пытается замкнуться сама на себе в модели управляемой демократии. Потому что никто ей, кроме ее самой, не нужен.

А впереди у нас обычные русские перспективы: выжить любой ценой, победить, несмотря ни на что, потом подсчитать потери и до следующего аврала изводить себя вопросами «Кто виноват?» и «Что делать?». Когда полстраны – вечная мерзлота, лето – два месяца в году, неурожай – раз в три года, продолжительность жизни – пятьдесят лет, понимаешь: Россия явно не место для рая на земле. Здесь не живут, а выживают. Но при этом умудряются любить, растить детей и писать книги.

Даешь Днепрогэс! Даешь Магнитку! Даешь Осавиахим! И народ давал. А куда денешься? Но во времена распиливания между своими Магниток, ЕЭС и Аэрофлотов всенародный энтузиазм ни к чему. И куда, на ваш взгляд, бедному россиянину податься в наше время перемен, ведь человеку нужна хорошо оплачиваемая работа, возможность вырастить детей?…

Пусть каждый решает сам. Пока не гонят в казармы, окопы и бараки, еще есть время сделать выбор. Но перед этим следует спросить с себя, как и когда ты стал бедным? Не тогда ли, когда поменял реальность (стабильную зарплату, социальные гарантии, защиту материнства и детства) на химеру политических лозунгов, под прикрытием которых уничтожают здравоохранение, списывают с баланса ведомственные детсады, пилят Магнитку, ЕЭС и Аэрофлот?

Лечение начинается с постановки диагноза. Надо осознать, что бедный – это диагноз. Если человек считает нормой, когда ему по три месяца не платят зарплату, когда прожиточный минимум меньше физиологически допустимого, когда не только его уровень жизни, а даже само мнение о ней власть не интересует, а он за нее голосует, то, согласитесь, диагноз надо искать в справочнике по психиатрии.

Ваш взгляд на женщин в бизнесе на фоне общего мнения отличен и бескомпромиссен: «Российские «бизнесвумен» явление уникальное само по себе. В термине «бизнесвумен» столько же скрытого смысла, как и в словосочетании «монгольский космонавт». Кто сможет постичь, зачем сыну степей Космос, тот легко поймет, зачем бабе бизнес». Что можно было бы порекомендовать на Ваш взгляд миллионам наших соотечественниц, которых старательно накачивают стандартами бразильских мыльных опер и учат, что такое «Секс в большом городе»?

Сначала уточню, что я имел ввиду именно бизнес, а не предприимчивость и умение работать и зарабатывать. Ни одна нормальная женщина не согласиться добровольно окунуться в клоаку российского бизнеса. Зачастую это вынужденное, трагичное, ломающее личность решение. Никакой материальный достаток не искупает моральных потерь. Но когда вопрос стоит о выживании, о том, как вырваться из нищеты, о будущем детей, женщина способна на все, включая самопожертвование.

Россия сегодня – это страна “опущенных” властью мужчин, у которых отнято право быть опорой и защитой своим близким, и изнасилованных нуждой и страхом женщин. И каждый ищет свой путь спасения из того морального гетто, в которое нас загнали. Поэтому я не имею права давать советов.

Тем более, что женщины такие разные. Есть думские гусыни “Женщины России”, и есть онемевшие от горя женщины из “Комитета солдатских матерей”. Есть светские львицы из глянцевых журналов, и есть те, кто покупает эти “чупа-чупсы для глаз”, чтобы хоть на секунду забыться и поверить, что жизнь не так горька, как кажется. Есть совсем молодые барышни, которые верят, что жизнь у них будет – сплошной “секс в большом городе”, или, на худой конец, как у рабыни Изауры.

Но не в порядке совета, а просто рассуждения вслух... Ввели мораторий на смертную казнь, чтобы показать, какая у нас гуманная власть. Не стреляет граждан. Прекрасно! А если ввести из тех же соображения мораторий на роды? Представьте, что было бы, если бы женщины объявили “забастовку” сроком на год? Не рожать детей, пока власть не проявит ту же гуманность не по отношению к преступникам, а к лучшей части народа. Думаю, под угрозой “демографической ямы” власть быстро очнулась бы от геополитических дум и строительства “вертикалей”и за месяц увеличила бы прожиточный минимум до достойного. Хотя бы, как в Португалии. Можете считать это шуткой.

Цитата

Почему зарплата в конвертах?

Нет никакого деления на «белую, серую и черную» экономики. В России существует лишь экономика колониального типа.

Население страны искусственно разделено на меньшинство, обслуживающее экономику колониального типа, и большинство, удерживающее запредельно изношенные производственные фонды и другие объекты страны (в частности, военные) от техногенной катастрофы.

Принцип функционирования российской колониальной экономики представляет собой четырехтактную модель:

Первый такт: счет оффшорной фирмы > легальная фирма-производитель > российская фирма-импортер > контрабандный ввоз либо ввоз с нарушением таможенного законодательства с целью получения неучтенного товара. Реализация с сокрытием большей части прибыли от налогообложения. Товарная масса контрабандной продукции, по данным российских правоохранительных органов, в точности совпадает с денежной массой, выплачиваемой черным валютным налом работникам фирм, обслуживающих колониальную экономику. Именно на них, преуспевающих на фоне общей нищеты, прежде всего и ориентирована контрабанда и незаконный сбыт предметов ширпотреба и роскоши.

Для аккумуляции долларового нала запускается второй такт: контрабанда > реализация за наличные (вариант: торговля оружием и выпуск алкогольной продукции – стратегические отрасли криминалитета). Третий такт: передача черного нала через систему отмыва на выплату зарплаты в конвертах.

Четвертый такт: безналичный взаимозачет на счетах оффшорных фирм и полная легализация капитала.

Государственные контролирующие и правоохранительные органы не в силах ничего противопоставить приведенной схеме. И даже не ввиду вопиющей коррумпированности и утрате профессионализма, а потому что изначально рассматривались именно как часть колониальной экономики, как надзиратели за ней не де юре, а де факто.

В 1993 году Центробанк, Сбербанк и Промстройбанк профинансировали на несколько лет вперед золотодобычу старательских артелей. Артели получили право добытое золото использовать для изготовления ювелирных изделий, монет, оформления оружия и т. п. и в таком виде экспортировать за границу. Затем три указанных банка выкупили большую часть золотого резерва страны и провели его как изделия артелей, разрешенные к вывозу из страны. Только по официальным отчетам было вывезено золота на сто сорок два миллиона долларов…

Олег Маркеев

Разговор с Соросом. Знаменитый финансист и филантроп — о своих миллиардах и скором будущем человечества

Джордж Сорос, большая звезда двух миров — финансов и филантропии, рассказывает, как заработал свои миллиарды, объясняет, чем так опасен искусственный интеллект в эпоху коронавируса, и заглядывает в будущее.

Самый известный в мире финансист Джордж Сорос только что вернулся с тенниса. В свои 90 лет он до сих пор трижды в неделю выходит на корт, и хотя теперь не так подвижен, как раньше, он по‑прежнему отлично перехватывает мяч возле сетки и точно рассчитывает свои удары.

Сорос родился в Будапеште в 1930 году в еврейской семье, которая принадлежала к среднему классу. Вторую мировую ему удалось пережить только потому, что родители вовремя поменяли еврейскую фамилию Шварц на Сорос. С фальшивыми документами они скрывались в одном из домов, управляющим которого был отец будущего финансиста. Также Сорос-старший помог спрятаться и избежать концлагеря еще нескольким еврейским семьям.

В 1947 году юный Джордж уезжает из оккупированной Советским Союзом Венгрии и поступает в Лондонскую школу экономики, где постигает законы финансового мира и знакомится с идеями открытого общества.

Завершив обучение, он получает опыт работы с финансами в лондонских банках, а в 1969 году уже в Нью-Йорке основывает один из первых инвестиционных фондов Double Eagle с инвестициями в $4 млн. Так началась большая история, о которой затем узнал весь мир.

Талантливый финансист с отличным образованием и превосходным бизнес-чутьем быстро зарабатывает свой первый миллиард. Далее его состояние только приумножается, и даже после того как Сорос отдал $32 млрд на благотворительность и продвижение идей открытого общества, которыми увлекается со студенческих лет, он продолжает оставаться довольно богатым человеком: сегодня он располагает $8 млрд.

Теперь, сидя в цветущем саду своего дома на Лонг-Айленде, он пребывает в отличной форме и с готовностью рассуждает о происходящем в мире.

— Коронавирус вмешался в жизнь каждого человека на планете. Как вы смотрите на эту ситуацию?

— Мы переживаем кризис, самый страшный кризис в моей жизни со времен Второй мировой войны. Я бы описал это как революционный момент, когда круг возможностей значительно больше, чем в обычное время. То, что обычно было бы тяжело представить, сейчас не только становится возможным, но и действительно реализуется. Люди сбиты с толку и напуганы. Они делают вещи, которые вредят им самим и всему миру.

— Вы тоже сбиты с толку?

— Возможно, немного меньше, чем другие. Мне удалось развить систему понятий, которая немного опережает толпу.

— Так как же вы оцениваете настоящую ситуацию в Европе и Соединенных Штатах?

— Я думаю, что Европа более уязвима, чем Соединенные Штаты. США — демократия с одной из наиболее долгих историй. Но даже там президентом можно выбрать обманщика доверия вроде Трампа, который подрывает демократию из середины страны.

Хотя в США также есть прекрасная система стимулов и противовесов в распределении государственной власти и определенные правила игры. И прежде всего там есть конституция. То есть я уверен, что Трамп окажется временным явлением, которое, надеюсь, завершится в ноябре. Но он очень опасен, потому что борется за свое выживание. Трамп сделает все возможное, чтобы остаться у власти, иначе ему в случае проигрыша на выборах придется нести ответственность за то, что он много раз нарушал конституцию.

Европейский Союз значительно более уязвим, поскольку это незавершенный союз. И у него много врагов, как внутренних, так и внешних.

— Кто же его внутренние враги?

— Многие лидеры и движения противостоят ценностям, основополагающим для Европейского Союза. В двух странах такие силы фактически захватили власть — Виктор Орбан в Венгрии и Ярослав Качиньский в Польше. Дело в том, что Польша и Венгрия являются наибольшими получателями структурных фондов, которые распределяются между странами ЕС. Но более всего меня волнует Италия. Очень популярный антиевропейский лидер Маттео Сальвини усиливал свои позиции, пока не переоценил свой успех и не расколол правительство. Это была его фатальная ошибка. Его в действительности уже заменила Джорджия Мелони из Национального альянса Братья Италии, и она демонстрирует еще более экстремистские взгляды. Нынешняя правительственная коалиция особенно слаба.

И это страна, которая раньше страстно поддерживала единую Европу. Потому что у людей было больше доверия к ЕС, чем к собственным правительствам. А сейчас социсследования показывают, что сторонников Европы меньше, как и тех, кто хотел бы, чтобы страна осталась в зоне евро. Причем Италия является одним из наибольших членов и очень важна для Европы. Я не представляю себе ЕС без Италии. Большой вопрос в том, сможет ли ЕС оказать достаточную поддержку Италии.

Есть ли у геймера классовое сознание?

Определённо нет.

Вам тоже бывает весело, когда вы в безысходности?

Ответ на вопрос, мучающий многих.

Эта ава знамение боли о годном мульте.

Там мучается по любви и цинично описывает трудности или лёгкости интимных и не совсем отношений между мужчиной и женщиной.

Первое, что стоит обывателю знать сегодня это то, что мы живём буржуазном обществе. А из этого следуют следующие положения:

Буржуазия сорвала с семейных отношений их трогательно сентиментальный покров и свела их к чисто денежным отношениям.

На чем основана современная, буржуазная семья? На капитале, на частной наживе. В совершенно развитом виде она существует только для буржуазии; но она находит свое дополнение в вынужденной бессемейности пролетариев и в публичной проституции.

Буржуа смотрит на свою жену как на простое орудие производства. Он слышит, что орудия производства предполагается предоставить в общее пользование, и, конечно, не может отрешиться от мысли, что и женщин постигнет та же участь.

Наши буржуа, не довольствуясь тем, что в их распоряжении находятся жены и дочери их рабочих, не говоря уже об официальной проституции, видят особое наслаждение в том, чтобы соблазнять жен друг у друга.

Буржуазный брак является в действительности общностью жен.  

К. Маркс "Капитал"

Можете не благодарить

У нас же есть циничные особи в основном женского рода, которые цинично обсуждают бывших, нынешних и тех, кто ещё не успел с ними переспать.

Вот вам ответ на запрос.

В 1992 году Джордж Сорос поставил Банк Англии на колени и в процессе присвоил себе больше миллиарда долларов. Заключив изящную, продуманную сделку против британской валюты, он заработал целое состояние и в один день разрушил денежную систему Великобритании.

Хотя это произошло всего два десятилетия назад, Сорос действовал в условиях абсолютно другого времени. Тогда хедж-фонды еще не вошли в общественное сознание, ограничения на капитал, вытекающий из одной страны в другую, были сняты, а эпоха 24-часового цикла новостей только начиналась.

Чтобы понять, как Джордж разбогател, сделав ставку против британского фунта, нужно кое-что знать о том, как обменные курсы работают между странами, каким образом правительства используют макроэкономические инструменты, чтобы стимулировать экономику, и как хедж-фонды зарабатывают деньги. Сегодня мы постараемся объяснить вам эти понятия.

В этой статье мы расскажем вам, как Джордж Сорос возглавил группу трейдеров, и обвалив валютную систему Великобритании, нажился на английских налогоплательщиках и всех тех, кто оказался по ту сторону крупнейшей финансовой сделки ХХ века.

Начнем с краткой исторической справки. После второй мировой войны европейские государства хотели наладить между собой более сплоченные экономические отношения. Их лидеры надеялись, что такой подход позволит предотвратить возникновение военных конфликтов, вспыхивающих каждые несколько десятилетий, и создать Панъевропейский рынок, который мог бы конкурировать с Соединенными Штатами. В итоге это привело к формированию Европейского Союза (ЕС), который не использовал единую валюту до 1999 года.

Предшественником ЕС был Европейский механизм регулирования валютных курсов (МВК), введенный в 1979 году. Страны не желали отказываться от своих национальных валют, но решили согласовать обменные курсы между собою, вместо того чтобы оставлять валюту в «плавающем» состоянии и позволять рынкам капитала устанавливать ставки. Поскольку Германия обладала самой сильной экономикой в Европе, каждое государство определило ценность собственных денег в немецких марках. Они договорились поддерживать курс своей валюты и немецкой марки в диапазоне плюс/минус 6% от согласованного значения.

Зафиксировав обменный курс, страны не могут попросту отстраниться от ситуации. Люди торгуют валютой ежедневно, обменивают ее, чтобы покупать импортные или продавать экспортные товары. Кроме того, рынок также оказывает давление, учитывая то, каким должен быть фактический курс, исходя из реального спроса и предложения на валюту. Для поддержания стабильного курса правительства должны участвовать в рынке и подталкивать его в согласованном направлении.

Государства могут управлять своими валютами двумя способами. Во-первых, они могут задействовать резервы иностранной валюты, чтобы скупить свою собственную валюту на открытом рынке и тем самым повысить ее ценность. Обратный подход приведет к девальвации денег.

С другой стороны, правительства имеют возможность повлиять на обменный курс, устанавливая процентные ставки. Хотите, чтобы ваша валюта выросла в цене? Повысьте ставки, чтобы побудить людей покупать ее и вкладывать эти средства при более высоких процентных ставках. Хотите, чтобы ваша валюта обесценилась? Сократите процентные ставки, чтобы в поисках прибыли капитал направляли в другое место.

К корректировке процентных ставок следует подходить со всей серьезностью, поскольку они влияют на экономику кардинальным образом. Наряду с государственными расходами, процентные ставки являются основными рычагами, которые правительство может использовать для урегулирования экономики. Если страна переживает рецессию, власти могут понизить ставки, чтобы стимулировать инвестиции и расходы. Если же инфляция достигает высокого уровня, правительство может повысить ставки, дабы сократить предложение денег.

Все вышесказанное говорит о том, что поддержание фиксированного обменного курса имеет свои последствия. Это внешняя принудительная функция, которая не только связывает властям руки в отношении денежно-кредитной политики, но и препятствует тому, что они должны делать для стабилизации национальной экономики.

В 1990 году Великобритания была страной, которая могла воспользоваться этой внешней принудительной функцией, чтобы ограничить свои возможности в отношении денежно-кредитной политики. Инфляция была высокой, производительность — низкой, экспорт утратил конкурентоспособность, и никто не верил, что правительству удастся решить возникшие проблемы.

Тогдашний премьер-министр, Маргарет Тэтчер (Margaret Thatcher), уже давно выступала против интеграции в МВК, настаивая на том, чтобы цена фунта устанавливалась рынками. Однако в 1990 году ей не хватило политической силы в борьбе против других представителей консервативной партии, которые хотели согласовать британские валютные курсы с остальными европейскими государствами.

Решение присоединиться к МВК отстаивал Джон Мейджор, занимавший пост канцлера казначейства в кабинете министров Тэтчер. В октябре 1990 года Великобритания, наконец-то, вступила в МВК при курсе 2,95 немецких марок (НМ) за каждый фунт стерлингов. Британское правительство обязалось удерживать курс в диапазоне от 2,78 до 3,13 НМ.

Вскоре после этого Мейджор сменил Тэтчер на должности премьер-министра. Система фиксированного валютного курса должна была стать краеугольным камнем его экономического плана. Мейджор считал, что МВК сыграет роль некого «автопилота», который будет направлять британскую финансовую политику в нужное русло. И правительство не сможет влиять на предложение денег, так как будет ограничено условиями договора о валютном курсе.

В какой-то степени эта политика работала. В период с 1990 по 1992 год инфляция пошла на спад, процентные ставки уменьшились, а уровень безработицы был довольно низким по историческим меркам. Тем не менее, в 1992 году Англия ощутила на себе влияние массовой глобальной рецессии, и количество безработных подскочило с 7,7% аж до 12,7%.

И так мы подошли к 1992 году. Как правило, Британия может стимулировать расходы и инвестиции за счет сокращения процентных ставок во время кризиса занятости, но в данном случае этот подход опустил бы ценность фунта ниже согласованного значения. Таким образом, пока жители объединенного королевства боролись с рецессией, их правительство было абсолютно бессильным.

В 1992 году Джорджу Соросу было 62 и он возглавлял Quantum Fund, хедж-фонд, основанный им в 1970 году, который сделал ставку на макроэкономические тенденции. На тот момент Сорос уже мог похвастаться внушительным состоянием, но до нынешнего богатства и иконического статуса ему все еще было далеко.

Если даже сегодня хедж-фонды окутаны некой таинственностью, в конце ХХ века это было особенно заметно — так продолжалось до тех пор, пока этот термин не вошел в популярный жаргон.

Что на самом деле представляют из себя хедж-фонды? Слово «хедж» указывает на их первоначальную цель: инвестирование капитала для осуществления конкретной ставки на то, что что-то произойдет. Хедж-фонды также используют финансовые инструменты для «хеджирования» против других рисков, чтобы более четко изолировать необходимую им сделку.

Рассмотрим пример. Представим, что вы хедж-фонд, который думает, что AT&T предоставляет ужасную мобильную связь, и хочет сделать ставку против этой компании. Вы можете продать их акции, но весь рынок мобильных телефонов будет развиваться вполне достойно, поэтому AT&T смогут получить новых клиентов, даже несмотря на свои просчеты. Если это случится, вы потеряете много денег. Чтобы «хеджироваться» от этого риска, вы покупаете немного акций Verizon, так как считаете, что эта компания справляется со своей задачей намного лучше, чем AT&T.

Теперь, когда акции мобильных операторов вырастут в цене, вы все равно заработаете денег в том случае, если акции Verizon обойдут AT&T. И наоборот, когда акции пойдут на спад, вы получите прибыль, если AT&T будет терять позиции быстрее, чем Verizon. Создав такие условия, вы ограждаете себя от рисков общего рынка и отрасли, а также делаете очень конкретную ставку на то, что AT&T работает хуже по сравнению с Verizon.

В некоторых случаях хедж-фонды также занимают средства, чтобы еще больше увеличить сумму ставки. На сделке против AT&T они могли бы заработать немного денег с каждой акции, но если фонды будут использовать преимущественно заимствованный бюджет, им удастся приобрести больше акций, задействовав лишь незначительную часть собственного капитала. Так что если вы действительно уверены в правильности вашей ставки, вы можете одолжить денег и тем самым увеличить свой итоговый доход.

Еще одной особенностью хедж-фондов является то, как их менеджеры получают оплату. Как правило, они инвестируют средства других людей и получают комиссию за управление, чтобы покрыть расходы фонда; это включает в себя и зарплату. По стандарту, им выплачивают 2% от суммы, которой они распоряжаются. Таким образом, если вам удастся организовать работу крупного хедж-фонда с большим потоком инвестиций, вы можете заработать вполне приличные деньги независимо от того, насколько эффективным он окажется.

Менеджеры хедж-фондов становятся миллиардерами, размещая по-настоящему успешные ставки. Они зарабатывают около 20% от дохода, получаемого фондом. Это значит, что если ваш фонд заключает сделку на общую сумму $1 000 000 000, вы и ваши партнеры получите как минимум по $200 000 000. Занимайтесь этим в течение нескольких лет и в конечном счет вы станете неприлично богатым!

Короче говоря, хедж-фонды пытаются делать изолированные ставки с использованием финансовых инструментов. Они одалживают деньги, чтобы еще больше увеличить потенциальную выгоду, а их менеджеры получают огромные суммы, если сделка срабатывает. И именно этим собирались заняться Сорос и его партнеры.

К весне 1992, всего через полтора года после того, как Великобритания присоединилась к МВК, фиксированный обменный курс вылился в серьезную проблему. Английское казначейство осознало, что их валюта была неверно оценена по отношению к немецкой марке. Джонатан Портис (Jonathan Portes), экономист, который в то время был там младшим сотрудником, писал:

«В мае 1992 года безотлагательная проблема была очевидна. С внутренней точки зрения, учитывая слабый спрос, надлежащий уровень процентных ставок был значительно ниже, чем необходимо для поддержания позиции фунта стерлингов в МВК.

Кроме того, становилось все более заметно, что фунт переоценивался; даже в глубинах рецессии мы еще имели серьезный дефицит счета текущих операций [страна импортировала больше, чем экспортировала].

Мы были убеждены, что основная проблема заключалась в том, что мы вступили в МВК с неподходящим курсом; британский фунт был переоценен, а это значило, что мы столкнулись со структурным дефицитом счета текущих операций».

Фунт стерлингов был оценен слишком высоко. Британское правительство знало об этом, впрочем как и рыночные игроки, которые видели, что валюта продавалась по минимальной цене, оговоренной при согласовании курсов с немецкой маркой.

От резкого падения фунт оберегало только то, что власти Великобритании гарантировали поддерживать его курс, и рынок верил этим обещаниям. Пока все считали, что Англия на протяжении неопределенного срока будет продолжать покупать фунт по 2,95 немецких марок, статус-кво сохранялся.

В течение всего лета 1992 года британский фунт удерживал свою позицию, но так происходило лишь до тех пор, пока Германия не подставила Великобританию. В том году представители центрального банка Германии высказали массу замечаний, которые подорвали силу фунта. Британская газета The Independent задокументировала эти жалобы:

«К примеру, 25 августа Реймут Йокимсен (Reimut Jochimsen), член совета Бундесбанка, заявил, что в рамках МВК имеется возможность для перестройки. Фунт стерлингов ослаб. 10 сентября анонимный представитель Бундесбанка сообщил, что девальвация валюты была неизбежна. Фунт упал».

Событием, которое, в конце-концов, привело к отказу от поддержания фиксированного курса британского фунта, стало интервью с президентом немецкого Бундесбанка, Хельмутом Шлезингером (Helmut Schlesinger). Шлезингер поделился своим мнением с Wall Street Journal и газетой German. У него было одно условие: если они хотели напрямую цитировать его, они должны были позволить ему просмотреть кавычки. Если же они пожелают лишь косвенно перефразировать его, в проверке не было необходимости.

В ту же ночь, 16 сентября 1992 года, вышла статья, перефразирующая слова Шлезингера :

«Президент Бундесбанка, профессор Хельмут Шлезингер, не исключает возможности того, что даже после пересмотра и сокращения немецких процентных ставок, одна или две валюты могут оказаться под давлением до проведения референдума во Франции. В интервью он признал, что проблемы, конечно, не решены полностью, но необходимые меры уже приняты».

К утру публикация уже лежала на столе Джорджа Сороса. Сорос и весь финансовый рынок предположил, что фунт стерлингов был одной из тех двух валют, которые могли «оказаться под давлением» и девальвироваться. Всего за один день безобидная, переформулированная цитата обрушила Банк Англии и принесла Джорджу Соросу больше миллиарда долларов прибыли. Рынок перестал верить в то, что Англия сможет удержать свой нынешний обменный курс — а эта вера была единственным, что препятствовало падению британского фунта.

Начиная с августа, Сорос и его Quantum Fund собирали $1 500 000 000, чтобы поставить на то, что цена фунта стерлингов будет падать. Так как британское правительство было уверено в обратном, не было никаких гарантий, что это случится. Но Стэнли Дракенмиллер (Stanley Druckenmiller), старший член фонда, увидел статью о Шлезингере и сразу же осознал ее важность.

Книга Себастьяна Мэллаби (Sebastian Mallaby) «Денег больше, чем у Бога» пересказывает события того дня. По словам автора, Дракенмиллер отметил, что их 1,5-миллиардная сделка против британского фунта должна окупиться и что они должны рассмотреть возможность увеличения позиции.

Сорос отреагировал на это несколько иной стратегией: «Бейте по самому уязвимому месту».

Если цитата Шлезингера может быть использована в качестве катализатора девальвации фунта, почему это должно произойти не сегодня? Вместо того чтобы постепенно выстраивать короткую позицию против британской валюты, Quantum Fund мог бы организовать срочную продажу фунтов в беспрецедентных масштабах сегодня. Это не только бы ускорило падение фунта стерлингов, но и увеличило бы прибыль фонда.

Именно это решение «бить по самому уязвимому месту» принесло огромную прибыль фирме Сороса, свергло валютный режим Банка Англии и в конечном счете уничтожило репутацию премьер-министра. Кроме того, оно стоило британским налогоплательщикам миллиарды долларов.

Рассмотрим сделку Сороса более подробно, чтобы вы поняли, в чем заключается ее элегантность. Как мы уже отмечали ранее, ставка Quantum Fund была нацелена на короткую продажу британского фунта, а это значит, что они должны были получать прибыль при обесценивании валюты.

Теперь поговорим о том, что значит «короткая продажа» валюты? Представим, что сейчас январь 2009 года и вам кажется, что iPhone начал терять популярность и совсем скоро цена акций компании Apple ($90) снизится. Как вы извлечете выгоду из этой информации?

Для примера, вы или ваш брокер можете пойти к кому-то, кто владеет акциями Apple, и попросить у него одолжить одну акцию. Деньги за нее вы вернете позже и, конечно же, заплатите проценты за кредит. Но на данный момент вы продаете эту акцию за $90 наличными. Два дня спустя стоимость акций опускается до $88 и вы покупаете одну акцию на вырученные $90. Таким образом, у вас остается $2 чистой прибыли!

Но как бы все повернулось, если бы вы не продали акцию, когда цена на нее упала до $88, и вместо этого подождали, пока стоимость снизится еще больше? Вы оказались бы в плачевном положении, ведь на самом деле акции выросли в цене с $88 до $600. Это значит, что на своей сделке вы потеряли бы $510, плюс проценты!

Если вы покупаете акции, в худшем случае вы можете потерять все свои деньги. Если же вы занимаетесь продажей ценных бумаг прозапас, по сути, ваши потери являются безграничными, поскольку акции всегда могут продолжать идти вверх. На самом деле вы можете утратить даже больше денег, чем имеете, и хорошего в этом мало. Так что если вы занимаете короткую позицию (short position), вам нужно убедиться в том, что ваш риск падения хеджируется.

Но что делать, если вы хотите поставить на короткую продажу такую валюту, как фунт стерлингов? В этом случае вы обращаетесь к британскому лицу или компании и просите одолжить вам денег. Они говорят «Конечно, вот 100 британских фунтов. Просто верните эту сумму в течение нескольких дней вместе с процентами, и все будет в порядке». Теперь вы берете эти 100 фунтов и конвертируете их в 295 немецких марок по согласованному обменному курсу.

На данном этапе вам бы очень хотелось, чтобы британский фунт упал в цене по отношению к немецкой валюте. Почему? Потому что если фунт подешевеет на 10%, обменяв 295 НМ для погашения кредита, вы получите 110 фунтов стерлингов. Вы можете выплатить 100 фунтов и немного процентов, и ваша прибыль все равно составит около 10 фунтов.

Таким образом, вы зарабатываете деньги, когда английская валюта девальвирует. Но что если фунт повысится в цене? Вы потеряете последнюю рубаху. В этом и заключается великолепие ставки Сороса: если фунт обрушивается, они зарабатывают миллиарды долларов. А если его ценность повышается? Что ж, этот сценарий был невозможным, так как все знали, что фунт был переоценен. Он уже продавался по минимальному курсу своего торгового диапазона, и единственным, что поддерживало его, было правительственное вмешательство.

Фунт должен был либо сохранить свою ценность (в этом случае фонд Сороса не заработал бы никаких денег, но в то же время не потерял бы слишком много средств), либо девальвироваться и тем самым принести фирме Сороса огромные дивиденды. В данной ситуации для рыночных спекулянтов все складывалось как можно лучше: потери были незначительными, а выгоды — существенными.

Как сказано в Пособии по хедж-фондам:

«Если спекулянтам удастся разрушить МВК, короткая продажа британского фунта может оказаться очень выгодной позицией. Даже если девальвации не будет, вероятность того, что курс фунта стабилизируется, была минимальной. Единственным недостатком для спекулянтов были операционные издержки».

Итак, тем утром Сорос и его фонд увеличил свою короткую позицию против британского фунта с $1 500 000 000 до $10 000 000 000. Это была идеальная ставка с минимальными рисками и безграничным потенциалом. Она походила на спор с подбрасыванием монетки: если выпадал орел (фунт девальвирует), трейдеры получали много денег, если выпадала решка (курс фунта остается зафиксированным), они теряли лишь небольшую сумму на погашении процентов по кредиту. Сорос никогда бы не отказался вложиться в такую сделку, даже если бы ему пришлось одолжить еще больше денег.

Пока Европа дремала, Сорос одалживал и продавал фунты везде, где только мог. Позиция Quantum Fund достигла $10 000 000 000. Другие хедж-фонды пронюхали о сделке и также начали заимствовать и продавать британскую валюту. К тому времени, как лондонские рынки открылись для бизнеса и представители Английского казначейства начали свой день, были проданы десятки миллиардов фунтов. Валюта приблизилась к нижней грани торгового диапазона, утвержденного МВК.

В тот день дела у Банка Анлии складывались не лучшим образом.

Сперва британские чиновники отреагировали на происходящее, купив один миллиард фунтов, но эта сделка не повлияла на стоимость валюты. Весь мир продавал фунт стерлингов, и у британского правительства попросту не было возможности бороться с таким наплывом. По некоторым оценкам, власти Великобритании потратили £27 000 000 000 своих резервов, чтобы стабилизировать ситуацию.

К 9 часам утра министр финансов Норман Ламонт связался с премьер-министром Джоном Мейджором и сообщил ему, что они не могут купить достаточное количество фунтов, чтобы удержать валюту. Единственный вариант решения проблемы заключался в резком повышении процентных ставок, которое бы подтолкнуло людей к покупке фунта. Мейджор отказался. Британия переживала разгар рецессии, и увеличение ставок могло привести к еще большему падению экономики. Это было бы политическое самоубийство.

Глобальный капитал продолжал заключать сделки против британского фунта. Полтора часа спустя Ламонт вновь попросил премьер-министра рассмотреть его предложение, и Мейджор сдался. В 11 часов утра Британское правительство заявило, что они будут увеличивать процентные ставки на 200 базисных пунктов, с 10% до 12%.

Как такой огромный рост процентных ставок отразился на стоимости фунта? Абсолютно никак. Валюта продолжала падать. Ламонт направился в резиденцию премьер-министра, чтобы понять, как спасти ситуацию, и в итоге они объявили об увеличении процентной ставки еще на 300 базисных пунктов, с 12% до 15%.

Какой эффект оказали эти изменения? Тоже никакого. Как Мэллаби позже задокументировал в своей книге, Сорос и банда спекулянтов знали, что победа уже близко:

«За своими столами по другую стороны Атлантики Сорос и Дракенмиллер восприняли повышение ставок как акт отчаяния умирающего. Это свидетельствовало о том, что конец близок — и что настало время для последнего удара по британской валюте».

Рынок ожидал, что Англии придется девальвировать фунт и что никакие повышения процентных ставок и покупки валют этого не изменят. На данном этапе выход Великобритании из МВК и обесценивание ее валюты были неизбежны; если спекулянты верили в это достаточно, чтобы рисковать своими деньгами, значит в конечном счете это должно было произойти.

Тем вечером, в 19:30, Ламонт провел пресс-конференцию, в ходе которой сообщил, что Великобритания выходит из МВК и возвращает свою валюту в «свободное плавание». Сорос и спекулянты победили.

Британский финансовый кризис, который достиг своего апогея 17 сентября 1992 года, вошел в историю как «Черная Среда». Как только Англия высвободила свою валюту, фунт упал на 15% по отношению к немецкой марке и на 25% — к доллару США.

Если вы помните, Quantum Fund Сороса поставил около $15 000 000 000 на то, что фунт упадет в цене по сравнению с другими валютами. Они одолжили миллиарды долларов, чтобы совершить эту сделку, и оказались правы. Вот как изменилась стоимость их фонда по отношению к цене фунта:

После девальвации фунта стоимость фонда практически мгновенно подскочила с $15 миллиардов до 19, а несколько месяцев спустя эта цифра увеличилась до $22 миллиардов. Помните, что речь идет о хедж-фонде, поэтому Сорос и его партнеры заработали как минимум по 20% от $7 000 000 000 полученной прибыли, то есть каждый из них получил по меньшей мере $1 400 000 000.

Особенность торгов на Уолл-стрит заключается в том, что если вы получаете много, кто-то другой должен потерять ровно столько же или даже больше. В этом случае богатство перешло от британских налогоплательщиков в руки Сороса и других менеджеров хедж-фондов. The Guardian отмечает:

«Джим Тротт (Jim Trott), бывший главный дилер Банка Англии, назвал тот день «ошеломляюще дорогим». Он говорил, что тогда за 4 часа он купил больше фунтов стерлингов, чем кто-либо имел до или после этого. В течение дня все его сделки утратили ценность, а когда правительство отступило, ситуация ухудшилась еще больше».

В преддверии девальвации Британское казначейство продолжало тратить свою иностранную валюту на фунты стерлингов, которые стали гораздо менее ценными после событий Черной Среды. Чтобы поддерживать видимость того, что фунт оценивался правильно, правительство платило доллар за то, что впоследствии будет стоить 75 центов. За все это расплачивались английские налогоплательщики, чьи затраты превысили £3 300 000 000.

Потеря миллиардов долларов денег обычных граждан является настолько обыденной для политиков, что об этом аспекте они не особо беспокоились. Их заботили, прежде всего, политические последствия их некомпетентных действий во время финансового кризиса. Нельзя на протяжении одного дня делать несколько заявлений о том, что вы будете массово повышать процентные ставки в разгар рецессии, или полностью изменять работу иностранной валюты, не объяснив людям, что вы действуете на ощупь.

Джон Мейджор сделал вступление в МВК ключевой составляющей своей денежно-кредитной политики, но произошедшие события уничтожили его репутацию. Избиратели отстранили Мейджора и его партию от власти на следующих выборах. Как выяснилось, Маргарет Тэтчер была права: Великобритания не имела возможности поддерживать собственную валюту в эпоху, когда хедж-фонды в течение нескольких часов могли собрать больше капитала, чем Банк Англии имел в своем распоряжении.

Если вы пытаетесь извлечь из этой истории какие-то выводы, это один из них. Количество денег, задействованных на глобальных рынках, настолько велико, что за один день оно может поставить на колени даже британское правительство. Еще одна идея состоит в том, что подобные урегулирования могут создать неожиданные лазейки, которыми в конечном счете кто-нибудь воспользуется.

Но, пожалуй, главное в этом рассказе то, что он демонстрирует силу односторонней ставки. В 1992 году этой ставкой была хорошо спланированная макроэкономическая сделка против фиксированного обменного курса, осуществленная Джорджом Соросом и его командой. Если бы они ошиблись, то не потеряли бы почти ничего. Но они оказались правы и в результате получили колоссальную прибыль.

1) Просмотр публицистики на канале День ТВ

2) Набор страницы дисера

3) Пара чашек кофе и чая

4) Переписка с потенциальными клиентами фонда Сороса

5) Общение в приятной компании дам

Осебенно тех, у кого масса общих интересов, сходные взгляды на жизнь и т.д. Да я понятия не имею. Человек, имеющий приимущественно негативный опыт отношений (тоже типа опыт можду прочим, если никто не знал), пытается переломить обстоятельства в свою пользу. Как? Не понятно.

Вчера 30.09 произошел чудесный день, который возможно может сыграть главную роль в судьбе двух человек. Это конечно все теория. То, что сказал я, нельзя было дальше тянуть. Нужно было закончить цикл, прокрутив в очередной раз колесо сансары. Положительный исход не велик, но колесо нужно было прокрутить. Теперь мир в глазах обрел качественно иное состояние. Будет ли под силу изменить и переломить обстоятельства одному человеку самостоятельно? Боги помогли герою убить дракона. Но спасло ли это прекрасную даму? Достоин ли простолюдин титула короля и руки принцессы? Сойдутся ли на небосводе небесные тела в одну линию, чтобы заключить этот цикл? А если сойдутся, поможет ли этот парад планет герою? Неизвестно.

Да и сама победа может быть пирровой, хуже любого поражения.

Многим может показаться моя борьба за человека бесполезной. Многие из беоновцев на меня смотрят как на юродивого. Якобы я несу бред. Все так страдают по реальным пустякам (типа кто там кому что был должен, кто кого недовыебал, кто кого вертел имел). Я же предлагаю взглянуть на происходящее в обществе и в мире в целом более концептуальней.

Задайте самим себе вопрос: почему поощряется взаимная рознь, унижения, оскорбления, преступления. Безусловно, многие из здешних юзеров скажут "какое мне до этого должно быть дело?", а я отвечу самое что не наесть прямое. В тот момент когда оскотинится последний человек, о человеке как о целостном историчечком субьекте больше не будет идти речи. Породятся две принципиально противоположные расы людей по классово-имущественному принципу. Те-кто-в здравом уме, которые действуют осознанно, действуют хоть и не созедательно, но со знанием дела и остальное быдлостадо. Серая масса людей без рода и племени, которые действуют не согласно логике и общечеловеческих принципов (в религии называются заповеди и табу), а согласно инстинктам, подобно первобытным людям. Мы не знаем насколько верна теория модернизма и идея прогресса. До сегодня человек на протяжении всей истории своего вида был фактически неизменен внешне и внутренне.

Опомнитесь, пока не поздно. Вы, те кто своими поступками уничтожают нормы морали, нравственности, человечности и закона. Может вы не в курсе, но админ как раз и поощряет ваше быдлярское поведение. Цитирую дословно: Мне не нравятся нравоучения. Да что вы говорите? А взаимные унижения людей смотрятся на порядок привлекательней? Общество в шаге от внутренней войны. Мы только благодаря чуду еще не едим друг друга, но уверяю, что это тоже поравимо. И это выгодно не обывателю, а тем кто вот поощряет подобные порядки на сайтах. Анархию на всех площадках. И не дают постить на главную свои суждения таким как я.

Если вы читаете это, то очевидно, что решили зайти прочесть мой днев. Добро пожаловать. Здесь последний бастион человечности. До тех пор пока админ не возмется за свои прямые обязанности (а они прописаны в правилах, на которые я ему ссылался), я буду продолжать свою борьбу. Буть того будет стоить последний здравый разум на этом сайте.